Белая кровь Тавриды

Чтобы проверить Гадюкина и уразуметь, чем он дышит, что думает, что намеревается делать, насколько он надежен для своих хозяев…

– Вали-ка ты отсюда! – Гадюкин рывком сел на нарах. – Ты меня слышал? И чем быстрее, тем лучше! А то ведь…

– Ты это чего? – уставился на него Петля. – Что так резко-то?..

– Сказано – вали! – свистящим полушепотом повторил Гадюкин. – А то ведь свистну сейчас на всю казарму!.. Вот скажу, провокатор! И знаешь, что будет потом? До утра не доживешь!

– Не надо шуметь, – скривился в усмешке Петля.

 – Провокатор… Ну, провокатор. А что мне оставалось делать? Что, меня кто-то спрашивал, хочу или не хочу я быть провокатором? Вызвали, приказали… Так, мол, и так, прощупай того, которого кличут Змеей. Задай ему пару вопросиков. Ты сам посуди – мог ли я отказаться? Слова «нет» здесь не понимают и не принимают. Сам знаешь… Так что не надо шуметь. А то ведь и вправду удавят ночью.

– И кто же тебе приказал? – спросил Гадюкин.

– Кулак с Локтем, кто же еще? А им, я думаю, еще кто-то.

Например, тот же Манн. А насчет провокатора… Завтра прикажут тебе – и ты тоже станешь таким же провокатором. А может, уже и приказали, откуда мне знать? Мы здесь все провокаторы. Я копаю под тебя, ты – под меня… Ну, так я пойду?

Гадюкин ничего не ответил, лишь махнул рукой. Петля, грустно хмыкнув, удалился.

Глава 7

Задание Гадюкин получил на следующий день после разговора с провокатором Петлей. Сразу же после завтрака к нему подошел Кулак и сказал:

– Что, попил хозяйского кофе? Вот и хорошо.

А теперь пошли со мной.

– Куда? – не понял Гадюкин.

– Куда надо, – лениво произнес Кулак и сплюнул.

– Так ведь сейчас развод на занятия, – пожал плечами Гадюкин.

– Сказано: пошли со мной, значит, пошли, – все так же лениво проговорил Кулак. – Велено доставить тебя немедленно.

Гадюкин пошел за Кулаком. Тот привел его в незнакомое помещение, где Иван никогда до этого не был. В помещении находились обер-лейтенант Манн и еще какой-то незнакомый Гадюкину офицер с погонами майора.

– Вот, – сказал Кулак, обращаясь к Манну и майору одновременно. – Это и есть курсант Змея…

– Хорошо, – сказал Манн.

Кулак вышел, а Гадюкин остался. На него молча и в упор смотрели обер-лейтенант Манн и незнакомый майор. Молчал и Гадюкин. Курсанты не имели права первыми задавать вопросы – таково здесь было правило.

– Мы вами вполне довольны, – наконец произнес Манн, обращаясь к Гадюкину. – Вы проявляете усердие, неплохо усваиваете программу.