Поворот винта. Уровень 1 / The Turn of the Screw

Поворот винта. Уровень 1 / The Turn of the Screw

Генри Джеймс

Легко читаем по-английски

В доме только миссис Гроуз, маленькие Майлс и Флора – мои милые ангелочки! – слуги и я. Предыдущая гувернантка ушла и не вернулась, о её смерти узнали из письма. Тело лакея, который воспитывал мальчика, нашли у дороги. Они не могут быть живы, но они живы, и они здесь, и дети что-то знают. Дети хотят уйти к ним, уйти с ними, уйти навсегда – я знаю, что дети что-то знают, и они должны всё рассказать. Пока я еще могу их спасти.

«Поворот винта» – повесть американского писателя Генри Джеймса, один из признанных шедевров готической литературы.

Теперь она доступна и для тех, кто только начинает учить английский язык. В нашем издании произведение Джеймса адаптировано для изучающих английский на начальном уровне (Уровень 1 – Elementary), сопровождается комментариями и словарём.

В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Генри Джеймс / Henry James

Поворот винта. Уровень 1 / The Turn of the Screw

© М.

М. Кузнецова, адаптация, комментарии, словарь

© ООО «Издательство АСТ», 2023

The Turn of the Screw

My friends and I were sitting by the fire in an old house. It was Christmas Eve, so we were telling strange stories to each other. After some time, my friend Douglas said he knew one really terrible and scary story.

“Nobody but me, till now, has ever heard it. It’s quite horrifying.” said Douglas, “It’s beyond everything. Nothing at all that I know touches it.”

“Well then,” I said, “just sit right down and begin.

”

He turned to the fireplace, kicked a log, watched it for a moment. Then, when he turned back to us, he said: “I can’t begin. I will have to send a message to town. The story’s written. It’s in a locked drawer—it has not been out for years. I could write to my man and attach the key; he could send down the packet as he finds it.” I begged him to write as soon as possible; then I asked him if the experience in question had been his own. He answered quickly.

“Oh, thank God, no!”

“And is the record yours? You wrote the thing down?”

“Nothing but the impression. I wrote that here,”—he tapped his heart. “I’ve never lost it.”

“Then your record—?”

“Is in old, faded ink, and in the most beautiful hand.” He hung fire again. “A woman’s. She has been dead for twenty years. She sent me the pages before she died. She was the most lovely person, ten years older than me. She was my sister’s governess,” he said quietly.