Джесс

– Да, да, – отвечала Бесси, слегка топнув ногой, и затем, быстро обернувшись, спросила: – Почему вы называете его моим другом?

– Я думаю, он сам считает себя таким, если судить по его частым визитам, – ответил Джон, пожав плечами, – во всяком случае он не состоит в числе моих друзей, а посему я удаляюсь. До свидания. Надеюсь, вы не будете скучать.

– Вы злы, – тихо промолвила она и повернулась к нему спиной. Едва он скрылся из виду, как подъехал Фрэнк Мюллер.

– Как поживаете, мисс Бесси? – осведомился он, соскакивая с лошади с ловкостью человека, всю жизнь привыкшего ездить верхом.

 – Куда это исчез роой батье?

– Капитан Нил отправился на охоту, – холодно ответила она.

– Тем лучше для вас и для меня, мисс Бесси! Мы можем спокойно побеседовать. Где же эта черная обезьяна Яньи? Ага, вот он. Возьми же мою лошадь, дьявол, и смотри хорошенько за ней, а то я выверну все твои внутренности.

Яньи принужденно осклабился, взял лошадь и повел ее вокруг дома.

– Я не думаю, чтобы Яньи очень любил вас, минеер Мюллер, – заметила Бесси, – и я нисколько этому не удивлюсь, если вы всегда с ним так разговариваете.

Он мне как-то рассказывал, что знает вас уже около двадцати лет. – С этими словами она выразительно взглянула на него.

Это вскользь сделанное замечание, по-видимому, сильно задело гостя, на смуглом лице которого показался румянец.

– Он лжет, старый пес, – процедил Мюллер сквозь зубы, – я всажу ему пулю в лоб, если он еще раз повторит подобную небылицу.

Что я могу знать о нем или он обо мне? Разве я могу давать отчет о всякой обезьяне, которую встречу? – При этом он пробормотал про себя какое-то ругательство по-голландски.

– Конечно, минеер! – сказала Бесси.

– Почему вы всегда меня называете «минеер»? – Он так свирепо взглянул на нее, что она невольно отпрянула в сторону. – Я ведь говорил вам, что я не бур. Я – англичанин. Моя мать была англичанка, а теперь благодаря лорду Карнарвону[15 - Герберт Генри Говард Молино Карнарвон (1831–1890) – английский политический деятель, консерватор, министр колоний (1866–1868, 1874–1880).

Трансвааль был аннексирован британской короной во многом благодаря энергичной внешней политике консервативного правительства.] мы все стали англичанами.

– Я не понимаю, почему вы не хотите, чтобы вас считали буром, – холодно заметила она, – между ними встречаются очень порядочные люди, а кроме того, вы всегда были великим патриотом.