Лейденская красавица

То было живое воплощение испанского «волка».

Ей показалось, что она опять готова лишиться чувств, когда в ее ушах раздались крики: «Голландец перегнал! Проклятый испанец побежден!»

Тут Лизбета поняла, что все кончено, и вновь потеряла сознание.

Глава II. Долг платежом красен

Когда Лизбета пришла в себя, она увидала, что все еще сидит в санях, немного отъехавших от толпы, продолжавшей неистово приветствовать победителя. Рядом с «волком» стояли простые сани, запряженные неуклюжей фламандской лошадью.

За кучера в них был испанский солдат, а другой испанец, по-видимому сержант, сидел в санях. Кроме них никого не было поблизости: народ в Голландии уже научился держаться в почтительном отдалении от испанских солдат.

– Если вашему сиятельству угодно будет поехать туда теперь, то все можно уладить без излишних хлопот, – сказал сержант.

– Где она? – спросил Монтальво.

– Не дальше мили отсюда.

– Привяжите ее на снегу до завтрашнего утра. Лошадь моя устала, и мы не станем утомлять ее больше, – начал было граф, но оглянувшись на толпу позади, а потом на Лизбету, прибавил: – Впрочем, нет, я приеду.

Может быть, граф не желал слышать соболезнований по поводу постигшей его неудачи или хотел продолжить катание со своей красивой дамой. Как бы то ни было, он без малейшего колебания хлестнул свою лошадь бичом, и она пошла, хотя не совсем свободно, но все же порядочной рысью.

– Сеньор, куда мы едем? – спросила Лизбета в испуге. – Бег кончен, я должна вернуться к своим.

– Ваши заняты поздравлением победителя, – отвечал Монтальво своим вкрадчивым голосом, – и я не могу оставить вас одну на льду.

Не беспокойтесь, мне надо съездить по одному делу, которое займет у меня не больше четверти часа. – И он снова хлестнул коня, побуждая его идти скорее.

Лизбета собралась протестовать, даже думала было выпрыгнуть из саней, но в конце концов ничего не сделала. Она рассудила, что покажется гораздо естественнее и менее странно, если она будет продолжать катание со своим кавалером, чем если станет пытаться бежать от него.

Лизбета была уверена, что Монтальво не выпустит ее по одной только ее просьбе: что-то в его манере предсказывало ей это. И хотя ей вовсе не хотелось оставаться в его обществе, все же это было лучше, чем стать смешной в глазах половины лейденского населения. К тому же она не была виновата, что попала в такое положение, – виной всему был Дирк ван Гоорль, который должен был бы подойти, чтобы высадить ее из саней.