Лейденская красавица

 – Эта женщина, – он указал на Черную Мег, – готова присягнуть, что эта тварь – уличная еретичка, приговоренная к смерти святым судилищем. Муж ее, занимавшийся рисованием картин и наблюдениями за звездами, два года тому назад был обвинен в ереси и колдовстве и сожжен в Брюсселе. Ей же удалось избегнуть костра, и она с тех пор живет бродягой, скрываясь на островах Харлемского озера и, как подозревают, убивая и грабя всякого испанца, который попадается ей под руку. Теперь ее изловили и уличили, и так как приговор, произнесенный над ней, сохраняет свою силу, то он может быть приведен в исполнение тотчас же, если ваше сиятельство даст на это приказание.

Правда, вас вовсе не пришлось бы беспокоить, если бы эта почтенная женщина, – он снова указал на Черную Мег, – которая выследила ее и задержала до нашего прихода, не пожелала иметь вашего удостоверения, чтобы получить награду от казначея святой инквизиции. Поэтому просим вас удостоверить, что это та самая еретичка, известная под прозвищем Марты-Кобылы, – фамилию ее я забыл. После этого, если вам будет угодно удалиться, мы исполним остальное.

– То есть отправите ее в тюрьму и передадите святой инквизиции? – спросил Монтальво.

– Нет, не совсем так, ваше сиятельство, – возразил сержант со сдержанной улыбкой и покашливанием. – Тюрьма, как мне сказали, полна. Однако, если мы поведем еретичку в тюрьму, она дорогой может случайно провалиться в прорубь, – ведь сатана направляет шаги таких тварей, – или может нарочно броситься в воду.

– Какие улики? – спросил Монтальво.

Тут выступила вперед Черная Мег и с быстротой и плавностью, свойственной шпионам, начала свой рассказ. Она подтвердила, что знает эту женщину и знает, что, будучи приговоренной к смерти, она бежала. В заключение Мег повторила разговор Марты с Лизбетой, подслушанный ею утром.

– Вы в счастливый час согласились сопровождать меня, сеньорита ван Хаут, – весело сказал Монтальво, – потому что теперь, для моего собственного удовлетворения, я хочу быть справедлив и не основываться на свидетельстве этой продажной личности.

Я прошу вас ответить как перед Богом, подтверждаете ли вы рассказ этой женщины и правда ли, что эта уродина по прозвищу Кобыла проклинала мой народ и святое судилище? Отвечайте, и, прошу вас, поскорее, сеньорита: становится холодно, и лошадь моя начинает дрожать.

Тут Марта в первый раз подняла голову, схватившись за волосы и стараясь оторвать их от льда, к которому они примерзли.

– Лизбета ван Хаут! – закричала она.