Люди тумана. Бенита, или Дух Бамбатсе (сборник)

Радостно вскочив со своего места и покраснев, она бросилась к нему со словами: «О, Леонард, дорогой Леонард!»

Мистер Бич обратил свои очи на дочь и произнес внушительно одно только слово: Джейн! – таким тоном, в котором счастливо сочетались отеческий упрек и дружеское предостережение. Джейн внезапно остановилась, словно вспомнив недавний урок. Тогда мистер Бич, поставив чашу на стол, приблизился к Леонарду с широкой улыбкой сострадания и протянутой рукой.

– Как вы поживаете, мой милый? – произнес он. – Мы не ожидали…

– Видеть меня при настоящих обстоятельствах? – перебил его Леонард.

 – Я узнал, – продолжал он, – что аукцион, отсроченный на три дня, не закончен и сегодня!

– Да, Леонард, совершенно верно. Сначала была назначена трехдневная распродажа, но аукционер нашел, что за это время он не может покончить со всем делом. Стоимость такого древнего дома, как Утрам-Холл, конечно, должна быть огромна! – И мистер Бич сделал рукою широкий жест.

– Да! – сказал Леонард.

– Гм… – продолжал мистер Бич после паузы, которая начинала становиться неловкой.

 – Все-таки вас можно поздравить с тем, что, в общем, вещи продавались хорошо. Не всегда случается, что такие коллекции редкостей дорого оцениваются на публичных аукционах, хотя для самих владельцев они и представляли большую ценность. Да, они продавались очень хорошо, главным образом, благодаря многочисленным покупкам нового владельца поместья. Вот, например, эта чаша, купленная мною… гм… как маленькая память о вашей семье, стоила мне всего десять шиллингов за унцию!

– В самом деле? – холодно отвечал Леонард.

 – Я всегда думал, что она стоит пятьдесят!

Наступила новая пауза, во время которой все присутствующие, за исключением мистера Бича и Леонарда, один за другим поднялись со своих мест и оставили комнату. Джейн ушла последней со слезами на глазах, как заметил Леонард, когда она проходила мимо него.

– Джейн! – произнес значительно ее отец, когда молодая девушка была уже у двери. – Позаботься вовремя одеться завтра к обеду.

Вспомни, что у нас будет молодой мистер Коген!

Вместо ответа на это замечание Джейн ушла, хлопнув дверью. Очевидно, предстоявшее прибытие гостя не было особенно приятно для нее.

– Да, Леонард, – продолжал мистер Бич, когда они остались одни, тоном, выражающим участие, но который все же страшно резал ухо его слушателя, – печальное событие, печальное. Но что же вы не сели?

– Потому что меня никто не приглашал! – отвечал Леонард, беря стул.