Люди тумана. Бенита, или Дух Бамбатсе (сборник)

Я убедил моего брата вернуться со мной, и мы составили план бегства, но Перейра узнал об этом, и мой брат был повешен. Они не тронули меня ради моего сана, но стали возить с собой пленником в свои экспедиции. Вот и вся история. Теперь, с вашего позволения, я бы хотел следовать с вами, так как у меня нет денег и я не могу идти один по этой пустыне, хотя и боюсь, что по своему слабосилию не в состоянии оказать вам помощь, а в моих услугах, как священника, едва ли вы будете нуждаться, будучи другого вероисповедания.

– Очень хорошо, – отвечал холодно Леонард, – но, пожалуйста, поймите, что мы еще окружены многими опасностями и предательство может погубить нас. Поэтому предупреждаю вас, что в случае, если я открою что-либо подобное, мой ответ будет короток!

– Не думаю, чтобы вам нужно было предупреждать об этом батюшку, мистер Утрам, – проговорила с негодованием Хуанна. – Я обязана ему многим; если бы не его советы, меня бы уже не было в живых. Я ему глубоко благодарна!

– Если вы ручаетесь за него, мисс Родд, то, конечно, этого достаточно.

Окончив завтрак, наши путешественники поплыли вверх по реке в лодках, похищенных у работорговцев. В каждую лодку сели лучшие гребцы из поселенцев. Считая женщин и детей, всего было 60 человек.

Вечером они прошли мимо того острова, на котором оставили без лодок компанию работорговцев, но не могли увидеть на нем ни малейшего признака жизни и так и не узнали, погибли ли эти люди или спаслись.

Через час они расположились на отдых на берегу реки. Сидя около костра, Хуанна рассказала Леонарду о тех ужасах, которым она подвергалась во время своего путешествия с караваном работорговцев. Она вспомнила, как, вырывая из Библии листы, она укрепляла их в тростнике, с целью облегчить отцу его поиски. «Все это было что-то вроде кошмара, – говорила она, – а что касается отвратительного фарса с браком, то я не могу равнодушно вспоминать о нем».

Франциско, молча сидевший до сих пор, заговорил:

– Вы говорите, сеньора, – сказал он, – об этом «отвратительном фарсе с браком», разумея, вероятно, церемонию, которую я совершил над вами и сеньором Утрамом, будучи принужден к тому Перейрой. Мой долг сказать вам обоим, что как ни необычен этот брак, однако я не могу считать его фарсом.