Она и Аллан (сборник)

Что мне было делать? Теперь я напоминал шакала, не имеющего даже норы. Если я вернусь к своему племени, меня, без сомнения, убьют, как вора и убийцу. Кровь моя будет пролита за кровь Намы-колдуна. А этого я вовсе не желал. В эту-то тяжелую минуту я вспомнил Чаку – того мальчика, которому я много лет тому назад дал кружку воды. Я уже не раз слышал о нем. Его имя было известно в стране, его всюду повторяли, и деревья, и трава, казалось, шептали его.

Видение моей матери начинало осуществляться.

С помощью племени умтетва он занял место своего отца Сензангаконы, прогнал племя амакваба, теперь вел войну со Звите, вождем племени ндванда, и поклялся стереть его с лица земли.

Я вспомнил обещание Чаки возвеличить меня и дать мне благосостояние в тени своей славы и решил бежать к нему.

Мне было жаль только мою сестру Балеку, и я решил взять ее с собой, если только удастся добраться до нее и сообщить ей о моем намерении. Я решил попробовать. Дождавшись темноты, я встал и пополз, как шакал, по направлению к краалю.

Когда я добрался до плантации мучного дерева, я остановился. Голод мучил меня, пришлось сначала утолить его полузрелыми плодами, а затем продолжать свой путь. Несколько человек сидели у входа одного из шалашей у костра, они разговаривали. Я подполз ближе, как змея, и спрятался за куст.

Люди не могли видеть меня вне полосы света костра, я же хотел услышать, о чем они говорят.

Как я и предполагал, сидевшие говорили обо мне и, конечно, бранили меня. Они говорили, что убийством такого великого колдуна, как Нама, я, несомненно, принесу несчастье всему племени, что племя убитого владельца скота потребует огромный выкуп за нападение на него.

Я услышал дальше, что мой отец отдал приказ всему народу начать с завтрашнего утра погоню за мной и умертвить меня, где бы меня ни нашли.

«Ага, – подумал я, – можете охотиться за мной, но охота ваша будет безуспешна!»

В эту минуту собака, спокойно лежавшая до того времени у огня, встала и начала нюхать воздух, потом рычать.

Я не на шутку перепугался.

– Что это собака рычит? – сказал один из сидевших у огня. – Пойди, посмотри!

Но человек, к которому были обращены эти слова, только что нюхал табак и вовсе не расположен был двигаться.

– Пускай собака сама посмотрит, – ответил он, чихая, – к чему же держать собак, если надо самому ловить вора?

– Ну, пошла вперед, – обратился к собаке первый из говоривших.

Собака с лаем бросилась вперед.

В эту минуту я увидел ее.