Пожиратель душ. Об ангелах, демонах и потусторонних кошмарах

 – Но сны так не влияют на внешний вид. Вы согласны?

Молодой художник показал на большие синие круги у себя под глазами, на бескровно-бледные впалые щеки.

– Мистер Дин, все это следы переутомления. Я лучше вас знаю, что с вами случилось.

Седовласый врач взял со стола лист бумаги, исписанный его собственными заметками, которые едва можно было расшифровать, и углубился в их изучение.

– Итак, несколько месяцев назад вы унаследовали дом в Сан-Педро. И поселились там один, чтобы работать.

– Да. Здесь на побережье встречаются изумительные виды.

На мгновение лицо Дина снова помолодело, оттого что энтузиазм раздул его потухший огонь. Затем, тревожно нахмурившись, Дин заговорил снова:

– Но в последнее время я не могу писать – по крайней мере, морские пейзажи, что очень странно. Мои наброски теперь какие-то неправильные. У них словно бы появилось некое свойство, которого я в них не вкладываю…

– Свойство, говорите?

– Да, нечто зловещее, если так можно выразиться. Это трудно описать.

Что-то внутри картины забирает всю красоту. Кстати, доктор Хедвиг, последние несколько недель я не слишком утомлялся.

Доктор снова заглянул в бумагу, которую держал в руке:

– Ну, здесь я с вами не соглашусь. Вы можете и не осознавать объем затраченных усилий. Эти сны о море, которые вас тревожат, лишены смысла, они разве что указывают на ваше нервное состояние.

– Ошибаетесь! – Дин внезапно вскочил, голос его был резок. – В том и состоит самое ужасное. Эти сны не лишены смысла.

Они словно соединяются в одно, накапливаются и идут по заранее составленному плану. Каждую ночь они становятся все правдоподобнее, и я все шире вижу одно и то же зеленое, сияющее пространство под водой. Я подбираюсь все ближе и ближе к плавающим там черным теням и знаю, что это не тени, а нечто хуже. Каждую ночь я вижу чуть больше. Как будто делаю набросок, добавляя все новые и новые детали, пока…

Хедвиг пристально наблюдал за своим пациентом.

– Пока?.. – подсказал доктор.

Но напряженное лицо Дина расслабилось. Он вовремя справился с собой.

– Нет, доктор Хедвиг. Наверное, вы правы. Перенапряжение и нервы, как вы говорите. Если я поверил тому, что мексиканцы рассказали мне о Морелии Годольфо, – ну что ж, значит, я сумасшедший и глупец.

– Кто такая эта Морелия Годольфо? Женщина, которая забивает вам голову глупыми сказками?

– Об этом можете не беспокоиться, – улыбнулся Дин. – Морелия – моя двоюродная прапрабабушка.