«Робот-зазнайка» и другие фантастические истории

Гэллегер не был уверен, под силу ли такая пьянка простому смертному, но решил держаться, пока не найдет ответа или не свалится без чувств.

Подсознание знало ответ. Прежде всего, на кой черт он сделал Джо? Уж наверняка не для того, чтобы потакать нарциссову комплексу! Где-то в алкогольных дебрях скрывалась другая причина, здравая и логичная.

Фактор х. Если знать этот фактор, можно найти управу на Джо. Тогда бы робот стал послушен; х – это главный выключатель. В настоящее время робот, если можно так выразиться, не объезжен и потому своенравен.

Если поручить ему дело, для которого он предназначен, может наступить психологическое равновесие; х – катализатор, х низведет Джо до уровня вменяемости.

Отлично. Гэллегер хлебнул крепчайшего рома. Ух!

Суета сует и всяческая суета. Как найти фактор х? Дедукцией? Индукцией? Осмосом? Купанием в шампанском?.. Гэллегер пытался собраться с мыслями, но те стремительно разбегались.

Что же было в тот вечер, неделю назад?

Он пил пиво. Брок пришел, Брок ушел. Гэллегер стал делать робота… Ага. Опьянение от пива отличается от опьянения, вызванного более крепкими напитками. Может быть, он пьет не то, что нужно? Вполне вероятно. Гэллегер встал, принял тиамин, чтобы протрезветь, извлек из кухонного холодильника несколько десятков жестянок с импортным пивом и сложил их столбиками в подоконном холодильнике возле тахты. Он воткнул в одну банку консервный нож, и пиво брызнуло в потолок.

Фактор х. Робот-то знает, чему равен х. Но Джо ни за что не скажет. Вон он стоит, нелепо прозрачный, разглядывает вертящиеся колесики в своем чреве.

– Джо!

– Не мешай. Я погружен в размышления о прекрасном.

– Ты не прекрасен.

– Нет, прекрасен. Разве тебя не восхищает мой тарзил?

– А что это такое?

– Ах, я и забыл, – с сожалением ответил Джо. – Твои чувства его не воспринимают, не так ли? Если на то пошло, я встроил тарзил сам, уже после того, как ты меня сделал.

Он необычайно красив.

– Угу.

Пустых банок из-под пива скапливалось все больше. В мире осталась только одна фирма – какая-то европейская, – которая по-прежнему продавала пиво в жестянках, а не в вездесущих пластиколбах. Гэллегер предпочитал жестянки: они придают пиву особый вкус. Но вернемся к Джо. Джо знает, для чего создан.