«Робот-зазнайка» и другие фантастические истории

Оскорбление?

– Вы его назвали, – ответил Тренч, заглянув в пухлое досье, – утколапым тараканом, грязным неандертальцем… а еще не то вонючим козлом, не то вонючей козявкой. Оба словосочетания являются уничижительными. Кроме того, вы отвесили ему пинка.

– Когда это случилось? – пролепетал Гэллегер.

– Три дня назад.

– И… вы упомянули деньги?

– Тысячу кредитов, выданных вам авансом.

– Аванс? На что?

– На заказ, который вы подрядились выполнить. В детали я не посвящен, но это не отменяет того факта, что заказ не выполнен и деньги не возвращены.

– О-ох… А кто такой этот Хоппер?

– «Хоппер энтерпрайзис инкорпорейтед». Делл Хоппер, антрепренер и импресарио. Впрочем, уверен, вы все это знаете. Увидимся в суде, мистер Гэллегер. А сейчас прошу извинить, я крайне занят. Сегодня мне выступать в качестве обвинителя, и я не сомневаюсь, что обвиняемый получит большой тюремный срок.

– А что он натворил? – вяло поинтересовался Гэллегер.

– Угрозы и побои, – ответил Тренч.

Его лицо исчезло с экрана. Гэллегер хлопнул себя по лбу и закричал, требуя пива. Он подошел к рабочему столу, присосался к пластиковой бутылке со встроенным охладителем и перерыл накопившуюся почту. Никакого намека.

Тысяча кредитов… Он совершенно не помнил, как брал их. Может, кассовая книга подскажет?

Она подсказала. Несколько недель назад в ней появились такие записи:

Зак. от Д. Х. – упл. 1000.

Зак. от Д. У. – упл. 1500.

Зак. от Толстяка – упл. 800.

Три тысячи триста кредитов! Но в банковской книжке эта сумма не отмечена. Там фигурирует только снятие семисот кредитов; на счету осталось около полутора тысяч.

Гэллегер застонал и снова обыскал рабочий стол. Под пресс-папье лежал ранее не замеченный конверт. В нем обнаружились акции, как привилегированные, так и обыкновенные – организации под названием «Устройства анлимитед». Прилагающееся письмо уведомляло о получении четырех тысяч кредитов, в обмен на которые согласно договоренности мистеру Галлоуэю Гэллегеру выданы акции…

– Обалдеть! – произнес Гэллегер и хлебнул пива.

Его мозг лихорадочно трудился. Как же случилось, что Д. Х. – Делл Хоппер – заплатил ему тысячу кредитов за изготовление не-знаю-чего, некто с инициалами Д. У. выдал полторы тысячи с аналогичной целью, а сквалыга Толстяк положил на счет всего лишь восемь сотен?

Почему?

Ответ знало только безумное подсознание.