«Восход Черного Солнца» и другие галактические одиссеи

Они охотно сопроводили Уэстона, а следом катился выводок малышни: яркий, сверкающий, нереальный. На ум Уэстону пришли райские кущи. В стене проявилось овальное окно, Уэстон задал вопрос, и в сознании – его и всех присутствующих – обрел форму неожиданный ответ.

– Да, – говорило Знание, – в твоем разуме имеется фактор, коего недостает для успеха. Тот фактор, что я чувствовало лишь в Золотом Сиянии, а Золотое Сияние – квинтэссенция совершенства. Но в разуме присутствующей здесь женщины сей фактор выражен еще сильнее, хотя у тебя он доминирующий, а у нее – рецессивный.

– Золотое Сияние? Что это? – спросил Уэстон, чтобы выиграть время.

– Я не способно ответить на твой вопрос. Сие мне неведомо.

Но Серена не слушала.

– Преуспеем ли мы, если я воспользуюсь собой как материалом для работы? – спокойно спросила она.

– Серена, так нельзя, – сказал Уэстон.

Она не услышала. Развернулась и вышла. Юноши последовали за ней. Один скользнул взглядом по Уэстону, и в глазах больше не было смертоносного холода.

Уэстон стал неинтересен и ему, и остальным.

Опасность, грозившая лично Уэстону, миновала. Теперь он мог беспрепятственно проследовать к порталу, но не сделал этого. Необходимо было увидеть, что станет с Сереной, и он отправился следом за троицей.

Теперь Уэстон как следует рассмотрел фигуру, которую вылепили в пламени. Человек, выше восьми футов, божественно красивый и вибрирующий от полуразумной жизни. В глазах у него было пусто.

Трое людей хлопотали возле только что разведенных костров.

Уэстон стоял и смотрел, как они заканчивают приготовления. Поддерживаемая одним из юношей, Серена приблизилась к одному из костров и замерла в позе сосредоточенности – она явно намеревалась войти в огонь. Уэстон кинулся вперед, и как раз вовремя.

Схватил ее за плечи, оттащил от костра. Юноши глядели на Уэстона спокойно, равнодушно. Костер разгорался.

– Серена, нельзя! – сказал Уэстон. – Я не позволю!

Она не ответила. Его слова не имели никакого значения. Уэстон чувствовал неослабевающее напряжение ее мышц.

Девушка упорно клонилась к костру: как только Уэстон уберет руки с ее плеч, она шагнет в огонь.

Один из юношей схватил его за запястье, пытаясь освободить Серену. Уэстон даже обрадовался этому поводу для эскалации конфликта. Он замахнулся и от души ударил юношу в челюсть. Телосложение у противника было хрупкое, поэтому он опрокинулся на землю. Лежал, глядя на Уэстона без удивления или гнева, но явно что-то замышляя.