Клинки Ойкумены

Контрапункт

Из пьесы Луиса Пераля «Колесницы судьбы»

Живоглот:

А если вы доплатите, сеньор,

То я клянусь, что эту вот дубинку

Ему засуну аж по серединку –

И знаете, куда?

Мордокрут:

Ты плут и вор!

Молчи уж лучше! Мне, сеньор, подбросьте

Хоть полэскудо! О, Господни кости!

Да я клянусь, что мой свирепый кол

В него войдет настолько глубоко,

Что он, мерзавец…

Ухорез:

Оба дураки!

Доплачивать сеньору не с руки!

Но если, вы мой бравый господин,

Поставите кувшинчик мне один,

А лучше, два – я вашего поэта

Своею палкою сживу со света.

Да чтоб мне перед Богом отвечать!

Да чтобы я сгорел…

Маркиз:

Всем замолчать!

У вас сверх меры чешутся колы?

Друг дружке почешите их, орлы!

Я вам плачу, чтоб били не спеша,

И больше не накину ни гроша!

Глава третья

Двое в тупике

I

Корпус аэромоба изнутри был прозрачен. Сквозь него виднелись, быстро уплывая назад, виноградники и желто-зеленые «заплаты» возделанных полей. Город остался за кормой летательного аппарата.

Впереди стремительно вырастали ангары и терминалы Сан-Федрате, соединенные между собой воздушными галереями. Воздух над космопортом едва заметно дрожал, тек зыбкими прозрачными струйками, искажая очертания построек. Это исходили жаром, накопленным за день, стены и крыши зданий, а может, просто мерцало защитное поле. В зенит вознеслась тонкая колонна слепящего белого пламени. На ее вершине Диего разглядел причудливую капитель: изумрудно-зеленый многогранник космического корабля, опутанного золотой паутиной.

Световая колонна оторвалась от взлетного поля. Корабль прянул ввысь и исчез, оставив в небесной голубизне лишь быстро тающий инверсионный след.

– Прибыли. Космопорт Сан-Федрате.

Маэстро и не заметил, когда аэромоб успел сбавить ход и завис перед пропускным пунктом. Сейчас он с плавностью тополиной пушинки опускался на землю. В третий раз за всю жизнь Диего Пераль летел на инопланетной машине. И в третий раз отметил, что если не глазеть по сторонам, на проносящиеся мимо пейзажи, движение аэромоба практически не ощущается.

Кажется, диковинное устройство, с помощью которого достигался этот противоестественный эффект, называлось «компенсатором инерции».

Он достал часы: четверть четвертого.

– Благодарю вас. Вы меня очень выручили.

– Это – меньшее, что мы могли для вас сделать.

Пилот развернулся к пассажиру вместе с креслом и, сложив руки на коленях, склонил голову в знак признательности.