Кровь пьют руками

«Шпигель»! Я подарила ему «Шпигель» с письмом гражданина Егорова!

– В-вы сами читали, Ирина?

– Что? – очнулась я. – Увы, не успела. У меня тоже с немецким слабовато.

– Т-там, как мне кажется, не очень удачный перевод, н-некоторые мысли, так сказать, смазаны, но главное понять можно. Знаете, б-батюшка оказался гораздо умнее, чем думалось. Вы действительно не читали?

Внезапно я уловила его взгляд – и замерла.

Серые глаза смотрели без тени улыбки, холодно, сурово.

– Нет! – я даже подалась вперед, словно чем-то провинилась перед сероглазым Магом.

 – Но если надо…

Он улыбнулся, ямочка на подбородке стала глубже, и я облегченно вздохнула. Почудилось!

– К-конечно! Я т-только сниму ксерокс, еще не успел. Да, батюшка умен, и весьма. Его эсхатология, можно сказать, железная.

– Про Армагеддон? – осмелилась поинтересоваться я.

– У батюшки свой в-взгляд на Армагеддон. И очень любопытный. П-причем он пришел к нему исключительно на, так сказать, церковном м-материале, что вообще уникально.

Ну, в-вы потом почитаете.

– Расскажите, Игорь! – взмолилась я. – Все-таки вы – специалист!

Ап! Язычок прикушен. Еще не хватало добавить: «А я – просто внедренный сотрудник».

Бусинки на четках забегали быстрее. Улыбка исчезла, тонкие губы на миг сжались.

– Если в самом к-кратком виде, то получается так. Мир Б-божий был сотворен единым и имел б-больше реальностей, чем н-наш. Но грехопадение разбило его на части: н-небо, то есть обитель светлых духов, землю – так сказать, н-нашу юдоль; естественно, ад и еще многое – п-помельче.

Например, сфера м-малых народцев, если пользоваться термином моего любимого Саймака. П-причем дробление шло постепенно, достигнув к-кульминации где-то два-три века назад. Пока улавливаете?

Я кивнула – и не только из вежливости. Об этом мне уже рассказывали. Очень давно, когда у меня еще не хватало мозгов, чтобы понять такое. Саша, Саша, почему тебе досталась такая дура! Мне бы слушать, слова не пропуская!

– Итак, иные реальности отпали, и человека, так сказать, Ад-дама, заперли в земной юдоли.

Но, как известно, Господь обещал вернуться. И не п-просто, а во славе Своей. П-понимаете намек?

Понимаю ли я? Наверное, понимаю. Все-таки я не только баба в мундире, но и его коллега.

– Отец Александр хочет сказать, что Второе Пришествие – это воссоединение всех реальностей?

– Именно! – Игорь быстро кивнул. – Причем, к-как и обещано, все сие будет происходить незаметно, яко тать в нощи. И небезболезненно.