Король Камней

Освободившись из темницы, он попал в другую темницу, где и нашел великого мага в цепях, с зашитым ртом… Печальная история, не правда ли? И некому было спросить: что ты здесь делаешь, старый дурак? Какого беса ты полез в подгорные лабиринты? Если к Оку Митры ты был равнодушен, если прочие сокровища ты, выживший из ума колдун, считал пылью под ногами…

В дальнем углу шевельнулась темная фигура, до того неразличимая в сумраке. Вульм из Сегентарры устраивался поудобнее, готовясь слушать.

– Инес? В Шаннуран?!

– Не она сама.

Ее поиски, ее одержимость Ушедшими. Их знаниями, утерянными в глубинах эпох…

– О да! Об Ушедших она могла говорить часами. Инес считала, что вся наша… ваша магия – и есть Ушедшие. Они здесь, они никуда не ушли. Вы, маги, пользуетесь ими, как рыбы-прилипалы. Вместо того, чтобы искать ключ к их наследию…

На слове «наследие» Циклоп помрачнел и умолк.

– Ты говоришь, как она, – плечи старца поникли. Маг откинулся на спинку кресла. – Я плохо понимал свою ученицу. Ушедшие – здесь? Где? В очаге? В стене?! В воздухе, которым мы дышим?!

Циклоп развел руками:

– Не знаю.

Я просто слушал ее – и верил. Как дети верят в сказки.

– Инес была слабой магичкой. Я никогда не обманывался на этот счет. Она – тоже. Но ты не поверишь – я, Симон Пламенный, ей завидовал.

– Почему?

– У нее была цель. Безумная? – да. Тем не менее, год за годом, шаг за шагом, Инес шла к этой цели. А я, могучий, окруженный страхом и завистью… Ты когда-нибудь бился лбом в стену?

3. Сила слабых

Я не видал, как седоков крушил жестокий враг,

Но в залах призраков чужих будил мой гулкий шаг;

Златого бога не лобзал тигриную пяту,

Зато безлюдных городов я видел красоту.

Я дверь к царям на шумный пир ни разу не открыл,

Но смог уйти от неземных когтей и темных крыл;

Пред королевою колен не преклонил, зато

Туманный берег посетил, где не бывал никто.

    Р. Говард, «Вознаграждение»

…стена окружала его со всех сторон.

Бесплотная и незримая, она была стократ прочнее любой материальной преграды.

О, встань перед ним крепостной вал, базальтовая скала или кованая решетка из лучшей стали – Симон рассмеялся бы, потирая руки в предвкушении веселой потехи. Но та стена, что исподволь сомкнулась вокруг чародея, была не по зубам Остихаросу. Старость? Симон был стар, но не дряхл. Опыт и знания, и огонь в жилах еще не оскудел. Просто червь, точивший его много лет, вдруг явил себя во всей своей мерзости. Симон достиг предела возможностей.