Кукла-талисман

Идя по коридору, я услышал стук барабанчиков и голос флейты.

2

«Немедленно! Выполняйте!»

Все было, как и в прошлый раз.

Кабинет господина Сэки. Лапша, саке. Прежняя компания: старший дознаватель, секретарь, архивариус. Карп на стене, плывущий против течения. Только сегодня лапша была не с креветками, а с осьминогом. К осьминогу дядюшка Ючи прислал соус из водорослей, тунцовой стружки и красного имбиря. Мой любимый, между прочим.

Знаете, как дядюшка готовит осьминога? Он его перед варкой отбивает, и не просто отбивает, а вместо колотушки лупит дайконом, здоровенной очищенной редькой, ухватив ее за ботву.

Лупит и приговаривает: «Дайкон васаби не слаще! Дайкон васаби не слаще!» От этого, значит, осминог приобретает особый вкус. Его еще варить надо с чайными листьями…

Что-то я отвлекся.

Короче, все как раньше, да не все. Еды мне подкладывают, только успевай в рот совать. На саке не скупятся. Едва чашка опустеет, опять льют. И не на донышко, а полчашки, не меньше. Точно я любимый родственник или гость, которого провожают в дальний путь.

Нет, родственник мне больше нравится. Кормят, поят, слушают.

Сам не заметил, как обо всем доложил.

– Банщица? – переспросил Сэки Осаму.

– Да, Сэки-сан!

– Самоубийство?

– Да, Сэки-сан!

– Насилие?

– Да, Сэки-сан!

– Окада-сан, что вы думаете по этому поводу?

– Что тут думать? – вздохнул секретарь. – Дело ясное, это онрё. Больше никто не в состоянии отвести глаза так, чтобы могила показалась жертве богато обставленным жилищем.

Заброшенный дом – еще куда ни шло, но могила? Точно, онрё.

– Мстительный дух, – поддержал архивариус Фудо. – Одержимый. Полагаю, Кояма Имори умер первым. С него банщица и начала. Уж не знаю, как она покончила с насильником, но по нашему ведомству он не проходил.

– Иной способ умерщвления? – предположил старший дознаватель.

Архивариус пожал плечами:

– Возможно. А может быть и так, что после фуккацу перерожденец не явился к нам с заявлением. Кому охота примерять на себя тело гнусного насильника? Носить его до смерти, чтобы на улице пальцами вслед тыкали? Переродился в теле Имори да и сбежал из города, подальше от злых языков.

Многие бы не поверили в фуккацу, решили бы, что таким образом гаденыш Имори пытается уйти от позора. Проходу бы не дали, уверяю вас. Так что версию о побеге я бы не стал отвергать. Что скажете, Рэйден-сан?

– Он мертв, – с уверенностью откликнулся я. – Кояма Имори мертв, в этом у меня нет сомнений.