Кукла-талисман

К сожалению, усадить старика в седло не представлялось возможным – и на кладбище мы отправились пешком в сопровождении упомянутого Гонзы. Второму послушнику было дано поручение вернуть лошадь обратно в конюшни – не при храме же ее оставлять?

Надвигался вечер. Зная про онрё, в особенности про любовь духа к молодым самурайчикам, я ежился от липкого озноба. Впрочем, настоящего страха не было – это рядом-то со святым Иссэном?

– Отправляйтесь в город, Рэйден-сан. На Большой Западной улице отыщите лавку мастера Куродо.

Они изготавливают ларцы и шкатулки. Скажите, что мне нужен храм.

Старик сошел с ума, подумал я. Мастер Куродо выгонит меня взашей.

– Храм высотой до колена, из дощечек криптомерии. Если смотреть через центральные врата с наружной стороны, должны быть видны четыре проема. В каждом пусть мастер поставит фигурки божеств-охранников, вырезав их из кипариса. Имена хранителей Дзикокутэн, Дзотётэн, Тамонтэн и Комокутэн. Вид их должен выражать гнев и ярость, желательно в крайней степени.

Два центральных проема будут служить входом и выходом, но их надо разделить столбом, который, напротив, станет препятствовать выходу и входу. Запомнили?

Я с неуверенностью кивнул.

– Если что-то забудете, не беда. Просто скажите Куродо: «Недостойному монаху требуется храм-замо?к». Мастер все поймет и сделает, как надо. Он уже работал с подобными заказами. После этого вы можете не возвращаться на кладбище. Идите домой, ложитесь спать. Изготовление такого храма – дело небыстрое.

Велите мастеру послать ко мне мальчишку, когда все будет готово. Я с послушниками установлю храм без вашей помощи.

– Он сгниет, Иссэн-сан.

– Кто сгниет?

– Ваш храм. Криптомерия, кипарис; жалкие дощечки, резные фигурки. Дождь, снег, ветер, летний зной… Как быстро от храма останется кучка гнили?

Монах засмеялся:

– Храмы не гниют, Рэйден-сан. Да, от изделия мастера Куродо останется в итоге кучка гнили. Так ведь и от моих обрядов, несущих мир и покой несчастной банщице Юко, к ночи останется лишь жалкое сотрясение воздуха.

Но, поверьте, молитвы продолжат звучать даже после того, как я закрою свой беззубый рот и удалюсь прочь. Если вы их не услышите, то душа банщицы услышит наверняка. А храм-замо?к пребудет здесь вовеки, даже если он сгниет до последней дощечки. Подножием он упрется в преисподнюю, крышей вознесется до небес. Дождь? Ветер? Молния вашего небесного тезки не причинит ему вреда. Вы мне верите?

Я кивнул.