Мессия очищает диск

 – И, полагаю, убийство кровнородственного вана на глазах у нингоусцев было бы гораздо большей потерей для Поднебесной, чем трагическая гибель вашей собачки – простите за откровенность.

Сейчас он мог позволить себе подобную откровенность – павшие фаворитки и чучела тигров не опасны.

– Не знаю, – пролепетала госпожа Сюань, скривившись подобно маленькой девочке. – Я…

Тут до нее, видимо, дошло, как она сейчас выглядит, и женщина поспешно отвернулась.

– Извините меня, господин Бао, я вернусь через минутку.

 – И она почти выбежала из комнаты.

Судья Бао не последовал за ней – сидел, оглядывал покои дома, подаренного фаворитке принцем Чжоу года два тому назад. Изысканный вкус хозяйки был виден во всем: шторы оттенка весенних цветов мэйхуа, на стенах пейзажи работы Ван Мэя, стоившие целое состояние, мебель инкрустирована перламутром, по углам – узкогорлые вазы с изображениями невинных отроков и небесных полководцев…

Увы, ничто не постоянно в мирах Желтой пыли, и самое преходящее – милость сильных мира сего!

Вернулась госпожа Сюань действительно на удивление быстро, и судья Бао в очередной раз изумился, как разительно может измениться женщина за столь короткое время.

Исчезли слезы и потеки туши, лицо выглядело шедевром живописца, прическа была искусно приведена в порядок, и только неестественно блестящие и припухшие глаза выдавали состояние красавицы Сюань.

– Я не знаю, господин Бао, почему эта ужасная женщина не убила сиятельного Чжоу-вана, – с порога заговорила Сюань, помахивая перед собой дымящейся палочкой благородного сандала.

 – Но на это, видимо, были свои причины. Вы, достойнейший сянъигун, несомненно, знаете свое дело лучше любого из судейских и успели раскрыть немало преступлений, но интриги, которые плетут враги Сына Неба и его сиятельного брата, бывают столь коварны и запутанны…

Продолжая говорить, она присела за невысокий изящный столик, стоявший в дальнем конце комнаты, картинным жестом воткнула сандаловую палочку в выгнутый колокольчик курильницы и принялась машинально перебирать многочисленные коробочки из полированной яшмы, нефритовые флакончики и украшенные орнаментами шкатулки с бальзамами, благовониями, притираниями, украшениями и еще неизвестно чем, которыми он был заставлен.

Госпожа Сюань сидела вполоборота к судье, и тот невольно залюбовался ее печальным профилем, отчетливо вырисовывавшимся на фоне приоткрытого окна.