Нюансеры

Оставляя за собой оплывающие кучки снега, налётчики взбегают на второй этаж. Навстречу суётся усатый хрен в заношенном, но ещё чистом мундире унтер-офицера. Его с ходу прикладывают рукояткой по кумполу, и сторож «уходит в тёмную», обмякнув в углу.

– Руки вверх! Это налёт!

Ёкарь не подвёл: в зале нет ветошников, только четверо банковских за стойкой. Подняли руки, шары вылупили – трясутся.

– Ты! – Гастон тычет стволом в ближнюю крысу. – Выгребай деньги.

Бросает на стойку мятый мешок:

– Всё выгребай, живо! Сюда кидай.

– Стоять-не-дёргаться! Кто пёрнет – завалю!

Это не Гастон. Это расхристанный чернявый шпендрик с мятым хайлом. Костя его не знает, и век бы не знал, ей-богу! Древний «Lefaucheux» с исцарапанным восьмигранным стволом ходит в руках шпендрика ходуном. Того и гляди, пальнёт почём зря. На кой чёрт Гастон взял на дело это ракло[6 - Ракло – босяк.]?!

Гастон морщится. Но на словах встаёт за шпендрика горой:

– Все слышали? Делайте, что вам говорят, и все останутся живы.

Взгляд и ствол упираются в каждого банковского по очереди.

Кажется, что Гастон пересчитывает кассиров, замерших в испуге. Ствол останавливается на старшем:

– Открывай сейф.

Грузному дядьке лет под пятьдесят. Он не двигается с места.

– Жить хочешь?! Греби деньги лопатой.

У дядьки судорожно дёргается кадык. Он силится что-то сказать, но не может. Речь возвращается лишь со второй попытки:

– …ключи!

– Что – ключи?

– Они в кабинете управляющего.

– Ну так принеси. Он, – Гастрит кивает Косте, – тебя проводит.

Костя кивает в ответ. Держит кассира под прицелом, следует за ним в коридор, начинающийся сбоку от стойки.

– Ты – на шухере у окна. Гляди в оба! – слышит он за спиной распоряжения Гастона. – Ты подгребай сюда бабки. Ты стань у входа, вы двое держите их на мушке…

Грамотно, думает Костя, пока дядька отпирает дверь в кабинет управляющего. Щёлкает выключателем, над потолком вспыхивает люстра. В ярком свете, словно мальчишки на летнем берегу реки, нежатся обитые бархатом кресла-пузаны.

Шкаф во всю стену, широченный стол с бумагами и банковскими книгами; с краю приткнулась чёрная штуковина, от неё в угол течёт аспидный хвост-провод. Небось, тоже что-то электрическое, лучше не трогать!

– Ключ где?

– Станислав Евграфович в столе держат-с.

– Бери и пошли!

Кассир бочком протискивается мимо стола, дёргает ящик.

– Заперто!

– А ну, отзынь.

Держа кассира на мушке, Костя обходит стол.

– Который ящик?

– Верхний.