Механизм Времени

Капитан оказался под стать пироскафу – от благодарности отмахнулся, после чего не без удовольствия вспомнил настоящий Мальстрем. Он тоже гостил на Лофотенах. Торвен решил было поделиться собственными впечатлениями – и не успел. Слова застряли в горле.

На палубу вынесли Волмонтовича.

Восковой лоб, белые пальцы поверх одеяла. Твердые недвижные веки. Одетый, как всегда, в черное, князь походил на дохлую ворону. Или на Гамлета, сразу после реплики: «Дальнейшее – молчанье...» Рядом с импровизированными носилками шла фрекен Пин-эр.

Зануда переглянулся с капитаном. Оба вздохнули.

– Да не ногами же вперед! – отчаянно завопил с пристани Эрстед. – На берег, живо! И в лабораторию. Шевелитесь!..

Торвен не слишком жаловал князя. Уж больно странен был Волмонтович. Но это не повод лишать человека врачебной помощи. Лабораторию он помнил – в глубине Башни. Змея-коридор, двери – направо, двери – налево; как войдешь – белый электрический огонь.

Прозекторская...

Пусть Гамлета к помосту отнесут,

Как воина, четыре капитана.

Будь он в живых, он стал бы королем

Заслуженно. Переносите тело

С военной музыкой, по всем статьям

Церемоньяла...

Проводив глазами носилки, он сошел по трапу. Успели. Не потопли. Даже трость вернулась. Удачный денек? Бывали, конечно, и получше...

– А не подскажете ли, сэр... Не здесь ли следует искать Эльсинор, замок его высочества Гамлета?

– Уже нашли, – откликнулся Зануда.

Обернулся.

Эт-то еще откуда?

Волчий оскал, острые акульи клыки. Неопрятная кофта до колен, мятый цилиндр, трехдневная щетина на подбородке. Под мышкой – зонтик, купленный в лавке старьевщика.

– Благодарю, сэр! Д-дверь, как интересно! Неужели и впрямь Эльсинор? Goddamit! Расскажу приятелям – не поверят!..

...и пистолет под кофтой.

Сразу не заметишь. Но гере Торвен был Великим Занудой, а посему человеком внимательным. Удивило не оружие: мало ли кто нынче вооружен? Пистолет – дуэльный, для боевого слишком велик.

Посетитель, ухмыляясь, кинул внимательный взгляд на пироскаф. Смерил расстояние до замковых ворот, прищурился...

– Сударь! – грозно рявкнул Оле Ольсен, тоже оценив странность происходящего. – Имею вам доложить, что Королевский музей начнет работать с июля...

– Вы слишком добры, сэр! – радостно прокаркал гость, отступая на шаг.