Захребетник

И кто же, позвольте спросить, оказался вашим противником?

– Он не назвался. Впрочем, моего имени он тоже не спрашивал.

– У вас имелись секунданты?

– Нет.

– Значит, правила дуэли не были соблюдены. Данный случай можно классифицировать как…

– Простите, почтенный Азиз-бей, – вмешался Джеймс, по-прежнему улыбаясь, но гораздо холодней. Классификация хайль-баши, еще не начавшись, ему уже не нравилась. – В пункте 7-b Международного Дуэльного кодекса, ратифицированного в том числе Реттией и Баданденом…

– Я помню кодекс, о многомудрый виконт, – вернул улыбку хайль-баши.

Если улыбка Джеймса была изо льда, то улыбка Азиз-бея смотрелась выкованной из стали. – В особых случаях, когда защита чести не терпит отлагательств… Извините за нескромный вопрос, но что же послужило поводом для вашего поединка?

Разумеется, Джеймс имел полное право не отвечать. Однако зачем ссориться с представителем Канцелярии Пресечения? С Азиз-беем вообще не возникало никакого желания ссориться, даже не будь он «официальным гостем».

Напротив, возникало страстное желание оказаться от него как можно дальше. И никогда больше не видеть этого лица – красивого, но словно вырезанного из мореного дуба, со старым шрамом и стальной приветливостью.

Боялся ли молодой человек хайль-баши?

О нет!

С чего бы?! – пусть его преступники боятся.

Но в присутствии баданденца Джеймс чувствовал себя неуютно.

– Мы поспорили из-за одного фехтовального приема. И чтобы разрешить наш спор, обнажили шпаги.

Ну а потом… Мы несколько увлеклись.

– Понимаю.

На сей раз улыбка у Азиз-бея вышла вполне человеческой. Джеймс даже ощутил малую толику симпатии к хайль-баши. Возможно, вне службы баданденец – милейший человек и приятнейший собеседник, любитель поэзии и охоты на фазанов.

В отличие от рабочих часов, когда он – «при исполнении».

* * *

В дверь сунулся хабиб, желая сказать хайль-баши, что раненому нужен покой. Дело, пожалуй, было не столько в покое раненого, сколько в желании лекаря напомнить о своем существовании.

Но Азиз-бей, хотя и сидел спиной к аль-Басани, нахмурился со значением, перебрал четки – и козлобородый султан целителей молча испарился, словно роса под лучами солнца.

Видимо, решил заглянуть попозже.

– Почему же ваш соперник в таком случае бежал? Если имела место честная дуэль или просто спор двух фехтовальщиков?

– Не знаю.

Джеймс пожал плечами и закинул ногу за ногу.