Фанда.Ментал

 – Я до сих пор не могу понять, почему ты придал такое значение этому проекту? У нас были миллиарды подобных работ, и все они стандартны! Исключения делались лишь при крайней необходимости, когда этого требовала история, или по Его распоряжению. Он делал это либо для эксперимента, либо для развития цивилизации, либо от скуки, либо по одним Ему понятным причинам.

– Если ты не забыл, Его вмешательство потребовалось лишь полтора десятка раз в течение нескольких тысячелетий! – добавил Фаталь.

– Не пугайте меня! Вмешательство Праджняпарамита имеет под собой иные цели, а ваши рассуждения лишь попытка понять, когда и почему ваши решения и работа подвергаются коррекции вплоть до самого основания.

– Так же, как и твои.

– Да, в том числе и мои.

– Виво, позволь мне сказать, – взял слово Имун. – Мне кажется, что Берно именно тот, которого стоит выбрать в качестве новых экспериментов.

– Эксперименты очень опасны как для вас, так и для нас, – возразил Фаталь.

– Но они необходимы! – ответил Имун, оглядываясь на одобрительный кивок Виво.

– Я не против эксперимента и развития вообще, но все они лишь только усложняют нашу работу. Я теряю помощников и вынужден уделять большее внимание бедным и отсталым регионам. Я потерял долю своего влияния и продолжаю терять его во многих регионах планеты, – пожаловался Мор.

– Во-первых, эксперименты и развитие событийных связей и расширение диапазона проектов Фатума влияет как на тебя, так и на меня, – качая головой, возразил Виво.

 – А что касается твоих потерь, то здесь ты лукавишь. Тебе всегда удается компенсировать в другом месте. Либо ты разрабатываешь новые методы для улучшения своей работы. Мы все знаем, насколько ты изощрен и всевидящ. К тому же, Праджняпарамита помогает тебе в этом!

– Да, конечно, мы же должны с тобой сохранять гармонию, исполняя Его законы!

– Вы отвлеклись! – неожиданно вступил в дискуссию Брейни. – Думаю, стоит позвать Фатума, раз уж речь зашла о нем.

– Что за дискуссия? Вам меня не хватало? – позади Брейни неожиданно, подобно изображению на пленке, проявился Фатум.

Никто не произнес ни слова. Фатум выглядел как обычно высокомерным и решительным. Он всегда вел себя по-хозяйски, однако власти и возможностей у него было не больше, чем у других. Он был непредсказуем и изобретателен, его проекты порой поражали воображение, однако лучшие из них создавались в тесном сотрудничестве с другими.