Фанда.Ментал

Внезапно сверху послышались звуки, и помещение залилось неярким светом. Эстаф поднял голову. В центре висела люстра, освещавшая поверхность длинных и тяжелых черных бархатных полотен, свисавших с самого потолка до пола. Резко обернувшись, Эстаф ужаснулся увиденному и отпрыгнул назад – слева от большой рамы, в метре от стены, стоял деревянный постамент, на котором был помещен гроб.

Окаймленный бархатом алого цвета, он сиял сочным и агрессивным цветом, раздражая глаза и наводя жуткий страх. В гробу лежало тело, до пояса прикрытое восточным ковром.

Эстаф оцепенел от ужаса и был близок к потере сознания. Сердце безудержно колотилось готовое разорваться от неожиданности и страха. По телу побежали мурашки, ноги словно парализовало. Эстаф стал слышать вокруг какой-то низкий гул, усиливающий ощущение дикого и экзистенциального, некоего космического ужаса. Широко раскрытыми глазами Эстаф уставился на гроб и боялся пошевельнуться. Во рту пересохло. Время словно остановилось. Эстаф почувствовал резкий запах, столь же сильный, сколь сильным было его оцепенение. Вслушиваясь в мрачный звук, исходящий из всех точек этого пространства, Эстаф почувствовал внутри непреодолимое желание подойти поближе. Сделав шаг вперед, он ощущал усиление внутреннего страха, но не мог противиться следующему шагу.

Подойдя вплотную, Эстаф увидел лицо человека, лежавшего в гробу. Его безмятежное и приятное лицо немного успокоило его и придало мужества слегка наклонить голову и ближе вглядеться в покойника.

На его лице был виден шрам под левым глазом. Левой рукой Эстаф дотронулся до лица покойного и положил ладонь на его лоб. Кожа была холодной и на ощупь показалась какой-то искусственной. Эстаф поймал себя на мысли, что чувствует себя рядом с покойником спокойно и мирно, и хотя ощущения удивляли своей новизной, ему больше не хотелось поддаться недавнему страху и убежать. Ему вдруг стало казаться, что он должен быть рядом, чувствовать некую связь без возможности описать ее и объяснить словами. Эстаф оглядел покойника с ног до головы и остановил взгляд на ковре таинственной фактуры. Рисунок ковра, пестрящий цветами, приковывал внимание многообразный узорами и поражал своей недоступностью для восприятия. Краски казались настолько нереальными и яркими, что Эстаф отошел чуть в сторону и руками принялся трогать ковер, нежно и осторожно разглаживая его, ощущая ладонью шелковистость и микроскопические полости между каждой ворсинкой.