Дурманящий ветер-афганец

Завтра я пришлю тебе нового помощника, на этот раз офицера, старшего лейтенанта, тогда, предугадывая твой вопрос, и к жене съездишь!

Майор спросил:

– А сюда, на заставу, перевезти ее нельзя?

Подполковник ответил:

– Надо ли? В Ургабе она в полной безопасности и в обществе женщин. Как к ней относятся в доме Мансура, ты знаешь. А здесь? Однообразие. Опасное однообразие, грозящее в любой момент обернуться жесточайшим боем. Кто даст гарантию, что какие-нибудь не подконтрольные никому отморозки не решат силой прорвать границу? И тогда схватка! Бой! Ты офицер, ты к нему готов, а супруга? Тебе ее не жалко?

Соколов упрямо проговорил:

– Вы – мужчина, и я – мужчина! Вам никогда в голову не приходило, что я могу ревновать свою Надежду? И когда вижу ее веселой, жизнерадостной, у меня портится настроение.

Отчего? Не от этой ли самой ревности? А здесь она была бы рядом, как и полагается жене офицера. Бой? Пусть бой! Смерть? Значит, смерть, но одна на двоих!

Беляев ухмыльнулся:

– А ты, оказывается, эгоист, Соколов.

Хочешь жить по принципу – все мое со мной и за мной, даже в могилу! Может, так и надо? Ладно, я подумаю над твоей просьбой. Пока же работай в прежнем режиме. Прибудет заместитель, езжай в Ургаб, к своей ненаглядной, сутки в твоем распоряжении!

– Есть, товарищ подполковник!

– Ну, вот и договорились. Неси деньги.

Майор вынес из своей комнаты такой же, как и в предыдущий раз, пакет, но уже с яблоками.

Подполковник, приняв фрукты, попрощался:

– Я в Сары, если что, вызывай! К тебе последнее время особенно вечером почему-то стало трудно пробиться по связи.

Надо связистов за хобот дернуть, пусть разберутся в своих делах. Пока, майор, и до встречи!

– До встречи, товарищ подполковник!

Беляев прошел к «УАЗу», его сопровождение заняло свои места в командирской машине и открытом «ГАЗ-66». Машины начальника отряда развернулись и короткой колонной, поднимая за собой пыль, пошли к развилке, оттуда на Сары.

Майор же вызвал к себе одного из подчиненных ему прапорщиков, спросил:

– Джалиль, ты земляк покойного Абдуламона?

– Так точно!

– Возьми с собой трех солдат-таджиков, оденьте Селдымурадова в парадную форму, так, чтобы скрыть следы вскрытия, и о нем, предупреждаю, никому из родственников ни слова, отвезите тело в Ургаб.

Поможете там с похоронами, салют организуете, ну… ты понял, что я хочу сказать!

– Понял, командир! Но покойного, по нашим обычаям, принято хоронить в саване, снимать парадку все равно придется.