Гордость спецназа

Снять их немедленно! И сразу же отмашку рукой мне!

Снайперы побежали на указанный командиром рубеж обстрела. С него сразу увидели две фигуры славянской внешности, одетых в камуфлированные костюмы с автоматами и биноклями, которые, словно по команде, одновременно подносили к глазам.

Заняв позиции для удобного ведения огня, снайперы прицелились. Волков обратился к напарнику:

– А наблюдатели-то, похоже, – наемники из наших, или русские, или хохлы.

– Тем хуже для них, козлов, мой правый, работаем, Саша.

Волков был прав, наблюдатели являлись молодыми русскими парнями, но они не были наемниками или предателями, они были пленными Палача, которых двое боевиков по приказу Хозяина выставили на крышу, держа под прицелом своих автоматов. А парни не понимали, зачем их сюда привезли и подняли на крыши домов, да еще выдали оружие, правда, с разряженными магазинами и биноклями без линз. И понять этого им было не суждено! Раздались два далеких выстрела, и они, с разбитыми головами, упали вниз в густой слой пыли.

Снайперы капитана Величко отлично знали свою работу и промахов даже на максимальной дистанции не допускали.

Услышав выстрелы и увидев отмашку Волкова, Величко отдал приказ:

– Вперед, орлы!

Первым из ущелья вырвался на простор БТР, за ним «ГАЗ-66» и чуть правее, уходя от пыли, поднятой бронетранспортером и грузовой машиной, «УАЗ» Величко.

Этого момента и ждал Палач!

Он, в свою очередь, поднес рацию ко рту и отдал свой приказ:

– Начали, джигиты! Аллах акбар!

И тут же с правого склона, где сосредоточил своих боевиков Аслан, к бронетранспортеру метнулись две молнии.

Огненными стрелами они впились в боковину БТРа, прожигая броню своими кумулятивными зарядами, сжигая внутри все живое и разрывая железо, как картон, на рваные куски.

Одновременно с левого склона ударила еще одна молния. Она вонзилась в кабину «ГАЗ-66», взрывом срывая ее с шасси.

Капитан Величко понял: угодил-таки в засаду! Он увидел, как оставшиеся в живых бойцы выпрыгивали из кузова развороченного «ГАЗ-66» и, стреляя по склонам, рванулись к близлежащим камням.

Он поднес рацию ко рту, но включить ее не успел.

В шуме массированной стрельбы одиночный выстрел с гряды склона не был слышен. Только голова капитана, пробитая насквозь, упала ему на грудь.

Ачмиз тоже был хорошим стрелком и промахов не допускал. Водитель «УАЗа» со снайперами выскочили из машины и залегли за колесами.