Гордость спецназа

 – А ну-ка дай ее сюда!

Прапорщик протянул начальнику разведки листок, на котором красивым почерком было написано:

«Тому, кто читает!

Палач выражает искреннее восхищение работой русских снайперов, умело убивающих своих же соотечественников вместо воинов Аллаха! Что, гяуры, сыграли партию с Палачом? И как настроение? Что-то подсказывает мне, что оно у вас далеко не праздничное! И так будет всегда! Пока последний русский сапог не покинет землю независимой Ичкерии. Это еще не все! Ждите новых, скорых подарков, неверные!

Палач».

Капитан, буквально кипя от ярости, сплюнул в пыль, проговорив сквозь сжатые зубы:

– Скотина! Игры затеял? Доиграешься, шакал паршивый, доиграешься! Получишь и свой сюрприз, Палач!

Кулагин открыл военные билеты парней, лежащих с простреленными головами у его ног.

По номеру части выходило, что захвачены эти несчастные были далеко отсюда.

Бригада, в которой они состояли в штате, дислоцировалась, насколько знал начальник разведки, под Грозным.

Как же ребята оказались здесь? Неужели Палач действует так широко? При этом таскает с собой пленных? Да, дела…

Он положил документы погибших в нагрудный карман бронежилета, включил рацию:

– Командирам рот! Штурм селения отменяю! Провести тотальную «зачистку» в щадящем режиме. Задача прежняя – выявление лиц, которые могли принимать участие в бою на равнине, а также обнаружение оружия. Приказ на ответный огонь остается в силе! Выполнять!

Затем капитан Кулагин из БТРа связистов связался с полком.

Доложил обстановку начальнику штаба майору Гончаруку.

Тот тяжело вздохнул:

– Выходит, провел нас Палач? Переиграл по всем правилам?

– Выходит, так, товарищ майор, – ответил начальник разведки.

– Да… погибших в полк! После «зачистки» и воздушного облета назад в часть!

Связь оборвалась.

Было заметно, как раздражен начальник штаба полка.

Капитан Кулагин понимал, как тяжело сейчас было майору. Гончарук лично отправлял ребят в последний рейд.

Посылал на смерть. То, что он вместе со штабом не мог просчитать ТАКОГО варианта развития событий, – утешение для майора слабое.

Между тем роты вступили в аул. Ничего, указывающего на участие селян в бою, обнаружено не было. Роты вернулись к боевым машинам.

Но не все сложилось складно у заранее торжествующего победу Палача!

Два его командира, Ханаш и Юсуф, допустили-таки халатность при передвижении в «зеленке».