Бронебойный диалог

– Трое. С дубинками. Представляю, что станет с твоим комерсом. Ну и тебя он уж точно больше не вызовет, если, конечно, тесть не приказал кончить неверного зятя.

– Ты что, – воскликнула Мара, – разве за это убивают?

– Легко, – ответил Талаев, – но, скорее всего, присланные сюда менты просто отоварят твоего Валеру и отвезут на дальнейший разбор к тестю и жене. Как бы он тебя не сдал? Хотя… на кой черт ему нужна проститутка? Кстати, ты такси отпустила?

– Да. У въезда в поселок. Валерий запрещал заезжать в жилую зону.

– Он у тебя постоянный был?

– Кто? Валера?

– Таксист.

– Нет. Разных нанимала. Сегодня вообще пацан какой-то попался. Дороги не знал, объясняла, а когда спросила, сколько денег за проезд, он, придурок, ответил, что хочет получить натурой.

– И чего, дала? – усмехнулся Гумар.

– Ага! Прямо в сопелку.

– Теперь он тебя надолго запомнит.

– Да плевать мне. Не хотел по-хорошему, получил в морду и остался без бабок.

– Таксист видел, куда ты пошла?

– Не знаю.

У дороги кусты, я туда, а он почти сразу развернулся и поехал обратно.

– Не получив бабла?

– Получив в рожу.

– Странно, что это за мужик такой? Баба бьет его по роже, да еще не платит, а он уезжает, – проговорил Гумар.

– Ты бы, конечно, догнал, отымел, избил и все, что было, забрал бы, да?

– Само собой, если вообще не прибил бы. Мужчина не должен прощать женщине даже попыток неповиновения.

– Это ты у себя на родине своих баб будешь воспитывать, а здесь Москва.

– Ладно. Не хрена мокнуть, пошли к тачке.

– А где она?

– Дальше, почти у карьера.

– Так туда и дороги нет.

– Нам было не до того, чтобы подбирать удобное место, – сказал Талаев.

– Я чулки и накидку порву.

– Новые купишь. Пошли.

Троица вышла к западной окраине небольшого, но густого леса.

– Ну, и где ваша тачка? – спросила Мара.

– А вот, слева стоит.

Она повернулась, и тут Сапеев выхватил нож. Одной рукой схватил проститутку за волосы, рванув голову вверх, другой, вооруженной острым как бритва ножом, полоснул по горлу несчастной женщины.

Мара так и не успела ничего понять. Захрипев, она повалилась в траву и забилась в судорогах.

– Вот так, Довлет, чик, и нет Мары.

– Зато крови целая лужа.

– Э-э, кровь ерунда, дождь смоет, солнце высушит. Кто здесь чего заметит? А заметит, и шайтан с ним. Давай мешок и пакуй сучку, а я карьер посмотрю.

– Одного мешка не хватит.

– Два возьми.