Холодная акватория

Неожиданно по волне скользнул луч прожектора, потом еще один. Командир катера крикнул: «Самый полный!» – и легкая посудина, задрав нос, понеслась по спокойному морю, развивая скорость в 55 узлов. Где-то вдалеке гулко ударили орудийные выстрелы, и над головой прошелестели снаряды. Михаил невольно прижал Марию к палубе, но девушка уже сама догадалась, что по катеру открыл огонь какой-то немецкий корабль.

– Полный вперед, курс двести тридцать! – кричал командир. – Боцман, поставить дым на развороте!

Катер шел на максимальной скорости.

Справа и слева по курсу стали с грохотом вздыматься фонтаны воды. Все ближе к борту, все точнее по курсу. И тут катер резко повернул. Из кормовой каморы повалил черными клубами дым. Он стелился за катером, поднимался над водой, расползался во все стороны. Уже через минуту участок моря, где только что был советский торпедный катер, покрылся плотным серым туманом. Эсминцы пошли на сближение, нащупывая прожекторами цель. Но мощные лучи света упирались в пелену дыма, как в стену. Немцы боялись нарваться на торпеду и не слишком спешили догонять катер, надеясь больше на свои орудийные башни.

– Ближе к берегу не смогу. – Удерживаясь за леера, командир катера пробрался на корму к разведчикам. – Сможете отсюда или сделаем еще один заход? Попробуем фашистов обмануть.

– Попробуем, – покачала головой Селиверстова. – Сколько здесь до берега?

– Не больше мили. Через полчаса начнет светать.

– Хорошо, застопорите ход.

– А черт! Полный вперед! – Командир снова кинулся к штурвалу.

Сосновский повернул голову и увидел, что справа в разрывах пелены замелькали чужие тени. Какие-то скоростные суда!

Советский катер с места стал набирать скорость, разведчиков сильным рывком корпуса опрокинуло на спину. Командир сам встал к штурвалу и резко положил его вправо. По короткой дуге судно развернулось и понеслось к берегу. Сосновский понял смысл этого маневра. Немцы ждут, что неизвестный начнет удирать в открытое море, и попытаются перекрыть ему путь. Теперь есть возможность выполнить задание и высадить пловцов как можно ближе к берегу.

А потом… Что будет потом, никто не знал.

Катер несся под острым углом к берегу. В предрассветной мгле уже были видны строения Анапы. Вскоре к гулу моторов добавились новые звуки. Это приближались немецкие катера, догадавшиеся, что прорвавшийся к берегу противник не ушел в открытое море, а находится где-то у побережья.

Сосновский стиснул зубы, глядя на хладнокровное лицо командира катера.