Цикл феникса. Падение героя

 – Можно еще немного поспать?

Альва мягко улыбнулся.

– Нужно поесть. Просыпайся. Хочешь, я почитаю тебе что-нибудь?

– Я хочу послушать еще раз про рыцаря Лео и прекрасную леди Элизабет! – сбрасывая с себя остатки сна, радостно воскликнула Лука.

– Хорошо, я почитаю. Хотя не могу понять, чем эта история тебе так нравится. У нее довольно печальный конец.

Девочка недовольно хмыкнула.

– Пусть и печальный, но мне нравится. В ней так много любви.

Альва взял с полки книгу в темно-синем переплете. Глаза Луки радостно заблестели.

– Юная леди, только не забывайте о вашем завтраке, – наигранно чопорным голосом произнес юноша, нахмурив брови.

Лука рассмеялась. Ее всегда смешило, когда Альва так делал.

– Братик, – сказала она, отсмеявшись, – я теперь чувствую онемение выше стоп.

Лицо Альвы вмиг стало серьезным.

– Когда началось? Покажи, где ты теперь это чувствуешь.

Юноша резко стянул одеяло с худеньких ног Луки. Девочка показала на середину голени.

– Где-то неделю так, – виновато призналась Лука.

– И почему ты раньше не говорила?!

– Я не хотела расстраивать тебя. И вдруг мама опять ругала бы тебя…

Альва устало закрыл глаза.

– Это совершенно неважно, Лука. Расслабься и закрой глаза. Я сейчас призову любого героя прошлого, и он полечит твои ноги. Мне позвать рыцаря Лео или, может быть, бесстрашного Роделька?

– Пусть это будет леди Элизабет! Она тоже была героиней!

– Хорошо, Лука! А теперь закрой глаза и представь прекрасную леди Элизабет.

Девочка послушно откинулась на подушку и закрыла глаза.

– О, прекрасная Элизабет! Приди же и исцели самую очаровательную девочку во всей Парийской республике!

Альва медленно положил руки на голени Луки. Его кончики пальцев ярко засветились зеленоватым светом. Так случалось каждый раз, когда Альва вкладывал слишком много сил в магию.

Девочка улыбнулась.

– Тепло, – прошептала она.

Через несколько минут сияние померкло.

Альва почувствовал сильную усталость. Больше всего на свете ему хотелось устроиться под раскидистым деревом неподалеку от дома и предаться сну.

– Можешь открыть глаза, Лука. Элизабет ушла.

– Братик, как думаешь, я понравилась ей? – спросила девочка, открывая глаза.

– Разумеется! Что за глупые вопросы? Элизабет не лечила бы тех, кто ей не понравился!

– Тогда… – голос Луки дрогнул. – Почему папа сказал, что я скоро умру?

Альва растерянно молчал.