Будьте осторожны со своими желаниями

– Ты не понимаешь всю серьезность наших законов, да? Родители с тобой разве не поговорили?

– Поговорили.

– И?

– И мне не нравятся ваши правила. Я не хочу ждать пока повезет, вы же как стервятники все расхватываете.

– Так учись быть первой, хочешь есть – учись быть хищником, а не безмозглой гиеной.

– Хищником как ты что ли? – усмехнулась Алиса.

– Да, как я!

– Докажи, что ты хищник!

– И как же?

– Иди и убей того китайца, – Алина указала пальцем за спину Никиты.

Никита обернулся, у кафе стоял мистер Чен и курил сигарету, на них он внимания не обращал. Никита повернулся к Алисе и удивленно посмотрел на нее.

– Ты вообще не шаришь, да? Это мистер Чен, он держит в подвале арену для кровавой бойни.

– Я знаю, убей его. – Безразлично пожала плечами Алиса.

– Нет! – возмутился Никита, – ты ненормальная?

– Все мы ненормальные, но не все трусы.

– Что ты имеешь в виду?

– Не убьешь ты, значит убью я.

– Ты понимаешь, что подпишешь себе этим приговор?

– А тебе то какое до этого дело?

– Никакого, просто не хочу, чтобы ты из-за своей глупости пострадала.

– Ну-ну, – Алиса сверкнула глазками, – чеши отсюда, трусишка.

Никита, разочарованно посмотрел на нее и пошел обратно в кафе. Навстречу ему прошла жена мистера Чена, они кивнули друг другу в знак приветствия, вдруг он резко остановился и обернулся.

– Твою мать, Алиса…

Девушка сидела верхом на женщине и яростно колола ее ножом. Она повернула голову и посмотрела на Никиту, а потом воткнула нож женщине в рот и оставила там. Никита не спеша подошел и посмотрел на тело, Алиса тоже стояла рядом и смотрела на кровавое месиво.

– Красиво, да? – спросила она не смотря на Никиту.

– Ага!

– Будешь?

– Неа, не люблю старое мясо.

– Ммм.

– Ты попала!

– Ну если ты не ляпнешь никому, то никто и не узнает.

– Я то…

– А что у вас здесь?

Мистер Чен вышел из-за спины Никиты и замер… Упав на колени и протянув трясущиеся руки к мертвой жене, он попытался ее приподнять, но руки ослабели. Он поднес свои ладони к лицу и долго смотрел на кровь и лишь потом устремил свой взгляд на Никиту:

– Никита, зачем? – еле слышно произнес он.