Чужой среди чужих

Все неподалеку друг от друга и огорожено невысоким каменным забором.

Из всех игроков сюда я добрался первым, за десять минут до отправления нужного мне каравана. Он уходил в два часа по Парижу, а вообще к отправке готовилось аж целых три. Возницы таскали зерно, осматривали телеги и поправляли упряжь на жующих животных. Солдаты сопровождения о чем-то негромко переговаривались между собой.

Найдя взглядом начальника интересующего меня каравана, я направился к нему, дабы оплатить поездку, и в этот момент у меня в голове что-то щелкнуло.

Я резко перевел взгляд на солдат, снова посмотрел на десятника и едва не выматерился от удивления. Все они были темными эльфами! В смысле, дроу! Теми, что из книг! Черная кожа, белые волосы, красные радужки и надменное выражение лиц. Но этого же просто не может быть! У дроу не было темнокожих НПС! Это еще считалось своеобразной отличительной фишкой «Аркона», и только фанаты ДНД при создании персонажа плевали на все эти фишки и в продвинутом редакторе создавали себе классических персонажей.

Я быстро посмотрел на свое запястье и растерянно покачал головой.

Мы теперь все – темнокожие… Охренеть! Нет, мне плевать на цвет кожи и глаз, ведь это, по сути, мелочь, но если искин преступил заложенные в него ограничения, то как далеко он вообще способен зайти? Еще эта боль с потерей уровней за смерть… Мне вдруг стало неуютно от пришедших мыслей. Впрочем, все это ерунда. «Мудреца» починят, правила вернут. Главное, чтобы «Аркон» не закрывали надолго.

Начальника каравана звали Гласс.

Двести тридцатый уровень и сто двадцать тысяч ХП. Хмурый широкоплечий воин походил на помесь гадюки и волка. Треугольное лицо, слегка выступающие скулы, тонкий шрам на правой щеке и светлые, забранные в короткую косу волосы.

Остановившись напротив, я вытащил из сумки две золотые монеты:

– Вот деньги! Мне до Халимы, десятник.

Вокруг вдруг стало подозрительно тихо. Гласс медленно поднял голову и смерил меня презрительным взглядом прищуренных глаз.

– В страже Совета нет десятников, безродный, – холодно произнес он.

 – Для таких, как ты, я – господин децем, они, – кивок в сторону притихших солдат, – господа стражи. Услышу что-то другое – умрешь. Тебе ясно?

В первые мгновения я буквально потерял дар речи. Ни хрена себе непись прикалывается. Господин децем… твою ж мать!

– Тебе ясно? Не слышу, – положив ладонь на рукоять висящего на поясе клинка, повторил дроу.

– Да, господин децем! – не опуская глаз, спокойно ответил я.