Головная боль наследника клана Ясудо

Я не собираюсь ни к чему тебя принуждать.

Лисица, очевидно, не ожидала такого ответа. Сообразив, наконец, что в моем пожелании не было ничего про сексуальное рабство, она озадаченно хмыкнула и, мгновение поколебавшись, торжественно произнесла:

– Я – Хона, дочь Орики и Шата Ступающего по Воде, заключая контракт с Самураем Луны, призываю в свидетели листву Синего дерева…

Пока она говорила, я стоял и думал о том, что мне и самому придется много еще в чем разобраться. Все эти деревья, клятвы, асуры и мое прошлое… В том последнем видении рядом со мной была Ата, и не нужно быть особо одаренным, чтобы понять, что Мунайто с девушкой были близки.

Вот интересно, мне это тоже придется как-то разруливать? В смысле, если Ата жива, и она вдруг узнает во мне любовника? Блин, тут война на носу, мир скоро исчезнет, а я все о женщинах… Хотя… когда перед тобой стоит такая красавица, ни о чем другом как-то не думается.

– …и как только обрету материальную сущность, я расскажу Самураю Луны, где лежит часть филактерии его Господина.

При последних словах фигуру богини на миг окутало синее облако, у меня по спине пробежал холодок, в лицо пахнуло мокрой травой. Закончив говорить, Хона кивнула и, подойдя, снова заглянула в глаза.

– Ты странный… И намного умнее, чем я думала поначалу… – лисица лукаво улыбнулась и, поднявшись на цыпочки, поцеловала меня в правую щеку. – Все, иди и постарайся не умереть. Там, в гробнице, я помочь тебе не смогу…

Произнеся это, лисица взяла меня за руку, и комната вновь сменила свои очертания.

Черт!

С трудом устояв на ногах, я оглядел помещение, кивнул ребятам и задумчиво провел по щеке ладонью. М-да… Существует мнение, что если в момент поцелуя женщины у мужчины в штанах ничего не шевельнулось, то значит, это не его женщина. Хороший, конечно, прикол, но тогда получается, что и Мика, и Хона – это именно мои женщины. И даже Ата… Я ведь помню те чувства во сне… Ну да… Только что мне теперь с этим делать? Три женщины – это же без психиатра не разобраться! А если еще учесть, что ни одна из них не человек – там и психиатр съедет с катушек…

За время моего отсутствия в комнате ничего особо не изменилось.

Эйка все так же стояла с одухотворенным лицом, енот выбрался из угла и с задумчивым видом что-то искал в собственной сумке, а вот с князем происходило что-то не то. Нори стоял у закрывающей склеп плиты с лицом человека, проигравшего все свое состояние в казино, понуро опустив плечи и тупо глядя в стену напротив.