Головная боль наследника клана Ясудо

Примерно на середине пути, когда меня уже в край достала хмурая физиономия приятеля, я его слегка обогнал и, обернувшись, поинтересовался:

– Ты так и не рассказал, что там сейчас в крепости…

Нет, я догадывался, что конкретно там происходит, но мне совсем не нравилось, что Нори так сильно заморачивается на тему предстоящего разговора. Аяка ведь ни разу не дура, и она так же заинтересована в том, чтобы Слуга Мары не натворил в городе бед, а значит, особо напрягаться не стоит.

Вынырнув из своих невеселых раздумий, Нори посмотрел на меня и… усмехнулся, очевидно, сообразив, с какой целью задан вопрос.

– Со мной все в порядке. Просто думал, что нам стоит сказать сестре.

– И что же ты решил?

– Расскажем только о Слуге Мары, большего ей знать не стоит, – князь поправил ножны на поясе и, кивнув на приветствие какого-то самурая, снова посмотрел на меня. – Если брат с сестрой узнают, кто ты такой, то мне просто запретят спускаться в гробницу. Да, Керо еще не даймё, но он старший брат и защита города сейчас на нем, я просто не посмею ослушаться.

– А какие у него варианты? Дождаться тот отряд из столицы Империи?

– Вряд ли, – Нори вздохнул и опустил взгляд. – Полагаю, Керо попросит сходить в гробницу тебя. Самурай Луны – великий герой, и кто как не он смог бы избавить город от твари…

– Ну так, может, мне и впрямь стоит сходить туда одному? Если я успею к тому времени вернуть Нэко, то…

– Нет, – не дав мне договорить, покачал головой князь.

 – Мы должны идти туда вместе! И дело даже не в тебе или во мне – дело в нем! – Нори положил ладонь на рукоять тати и пояснил: – Я полагаю, что четыре тысячи лет назад Слуга Мары был повержен именно этим мечом!

– Тебе кто-то это сказал?

– Нет, все немного сложнее, – Нори до половины вытащил тати из ножен и бережно провел пальцами по клинку. – Каждый Ясудо получает свое оружие, когда ему исполняется десять лет. Происходит это на празднике Сюмбун-но Хи[10 - Сюмбун-но Хи – день весеннего равноденствия в Японии.

Традиция проводить в неделю равноденствия религиозный обряд восходит к периоду правления принца Сётоку (593–621). В течение семи дней все семьи, начиная с императорской, совершали разнообразные обряды поминания усопших, посещали храмы и семейные кладбища, чтобы выразить уважение предкам.], в первый день, после посещения могил предков. Старший в роду просто вручает наследнику меч, но в тот день церемония затянулась.