Хейанкё

Сестра князя – женщина умная, и какие-то выводы она, конечно же, сделала. В любом случае мы должны добраться до нее раньше, чем это сделает Илит!

– И как ты себе это представляешь? – сообразив наконец, что я задумал, удивленно развела руками лисица. – При переходе кровная связь пропадет, и создать ее я смогу не раньше чем через декаду. Отвести глаза такому количеству народа у меня не получится! Тут не справилась бы и богиня!

– А зачем отводить кому-то глаза? – хмыкнул я и указал на луну.

 – На дворе ночь. А на нас такие же плащи, как и у большинства самураев Хояси. Отличительных знаков нет – накинем капюшоны, и никто не узнает. К тому же я очень сомневаюсь, что сейчас там вообще кто-то будет кого-то искать. Хояси еще долго не придут в себя после атаки. Вот мы под шумок и…

– Хорошо, ну найдем мы ее, и что дальше? Расскажешь ей о смерти любовника и предложишь прогуляться из лагеря?

– Нет, – покачал головой я. – Зачем нам где-то гулять? Закинешь нас с Аякой в астрал, и свалим отсюда «шагами».

Щит-то пропал, и вряд ли его восстановят в ближайшее время.

– А если она не согласится с нами пойти? – не унималась лисица. – Как ты заставишь сильного заклинателя сделать что-то против его воли?

– За это не переживай, – успокоил я кицунэ, накидывая на голову капюшон плаща. – Поверь, у меня найдутся для нее аргументы.

– Но…

– На кону выживание Синего Леса! – не дал ей договорить я. – Чем больше мы тут болтаем, тем меньше остается шансов предотвратить катастрофу.

Пошли уже! Нэко, слезай с плеча – тебе можно больше не прятаться.

– Да, Таро, – кицунэ согласно кивнула, затем быстро накинула капюшон, взяла меня за руку, и луна в небе резко увеличилась в размерах…

Реальность ударила по мозгам яростным ревом и дикими криками, которые доносились откуда-то справа. Громко стонали раненые, гремело железо, издали слышались характерные звуки спускаемых тетив.

Кое-как удержав равновесие и морщась от тяжелых запахов дыма и аммиака, я открыл глаза, огляделся и выматерился.

Ну да… По-тихому забрать княжну не получится. Какое уж тут, на хрен, по-тихому?

Нас выбросило на обочине, возле груды обломков, оставшихся от двух навесов, под которыми ночевали солдаты. Точно такие же обломки тянулись вдоль дороги, ведущей на главную площадь лагеря, откуда и доносился яростный рев.

Ревела одна из горилл.