И тогда он зачистил город

Выложив пакеты и переодевшись, Александр прошел к матери, спросил, улыбаясь:

– Это еще что за тайны Мадридского двора?

– О них я от тебя хотела услышать, сынок. Что случилось?

Тимохин присел в кресло:

– Сейчас что-либо скрывать от тебя уже не имеет смысла. А посему отвечу. На нас, на кафе, наехали бандиты местного криминального авторитета Мирзы. Наехали по-серьезному.

– Что они хотят?

– Чтобы я продал им кафе!

– С какой такой радости?

– Вот и я задал им подобный вопрос. Но ответа не получил.

Точнее, представитель Мирзы сказал, что бандит просто желает заполучить наше кафе, и все! Понимаешь, желает! А его желания в городе – закон!

– И ты отказал им?

– Естественно! Но чтобы не подвергать опасности сотрудников заведения, ведь отморозки Левоева способны на все, я решил на время прикрыть кафе.

Мать, стоявшая до сих пор у трельяжа, присела на кровать:

– Считаешь, это снимет проблему?

– Не знаю. Вряд ли. Но посмотрим, что последует дальше.

– Сколько они предложили тебе за кафе?

– Двадцать пять! Тысяч долларов, естественно, и место на центральном рынке под их «крышей».

Но верить таким уродам, как Мирза, нельзя. И уступать нельзя. Иначе они в конце концов просто выбросят нас на улицу, лишив всего. Для них существует один аргумент – сила. Они в большинстве случаев применяют силовой вариант в достижении поставленной цели, но и сами если и спасуют, то только при активном силовом противодействии. Другими словами, если против них выступит такая же сила.

Мать усмехнулась:

– И эта сила ты? Ты один сила?

– Иногда, мама, и один человек может сделать столько, сколько не сделают сотни людей.

– Ты знаешь такого человека?

– Очень даже хорошо!

– У тебя болезненное самомнение, не находишь?

– Возможно, но пасовать перед бандитами не намерен. Думаю, как-нибудь сумею разрулить ситуацию.

– А нас решил запереть дома, чтобы не мешали тебе?

– И чтобы не мешали, и чтобы вам не помешали жить. Поэтому убедительно прошу тебя на время прекратить вечерние посиделки во дворе и прогулки по улице.

– Да? Вот что я отвечу тебе, сынок! Ты своей жене и дочери устанавливай запреты, а я буду жить так, как жила. И не надейся, что стану сидеть взаперти. Это тебе понятно?

Александр поднялся:

– Ну почему ты такая несговорчивая, мама? Ведь я же беспокоюсь за твою безопасность.

– Ты о себе побеспокойся. И о Тане с Ольгой, а я как-нибудь без твоих табу проживу.