Тени Великого леса

– Эй, – окликнул его из-за спины маг, – а пить-то кто будет?

– Да выпей сам, или вылей, – махнул рукой он, – что-то мне уже расхотелось…

Глава 2

– Макс, ты что-нибудь надумал? – Пончик выплюнул зажатую в зубах щепку и вопросительно посмотрел на товарища.

– Ты и впрямь считаешь меня командиром отделения ОМОНа? – хмыкнул воин. – То, что я вижу, никак не вяжется с моими представлениями об игре. За то время, что мы торчим в этих кустах, я не заметил какой-либо системы в перемещениях и действиях этих уродов.

– Вот то-то и оно, – нахмурился разбойник. – Они ведут себя, как игроки. А давай я еще разок схожу?

– А смысл?

– Послушаю, о чем они говорят.

– И что это нам даст?

– Не знаю, но делать что-то нужно!

– Нужно, – кивнул Макс, – но смерть любого из нас откинет всех на три недели назад. Ты хочешь этого? Нет? Тогда давай напрягать извилины.

Вот уже четыре часа он, Пончик и Рексар, скрываясь за лежащим в высоком кустарнике поваленным древесным стволом, наблюдали за базой отрекшихся, которая стояла примерно в ста пятидесяти метрах от леса, около невысокого крутого холма, поросшего ярко-зеленой травой.

Адепты бога мучительной смерти, чувствуя себя в полной безопасности, даже не удосужились обнести свои постройки забором.

Главное строение представляло собой почерневший от времени вытянутый одноэтажный бревенчатый сруб. Перед входной дверью была разбита небольшая крытая терраса, кровля которой опиралась на четыре ошкуренных древесных ствола.

Слева от дома стоял еще один одноэтажный сруб – квадратное строение с покатой крышей, в котором нет ни одного окна. Чуть позади виднеется покосившейся сарай, а за ним, по словам вернувшегося из разведки Пончика, расположен вход в заброшенную медную шахту, которую отрекшиеся приспособили для каких-то своих нужд. Завершает композицию небольшой колодец и странное сооружение из сложенных друг на друга валунов.

Четверо-пятеро постоянно находятся снаружи: двое сидят под навесом около сарая, остальные снуют туда-сюда по каким-то хозяйственным делам. Их вполне можно было бы принять за крестьян, вот только серые рясы адептов, прикрытые капюшонами лица и тяжелые запахи разлагающейся плоти, что ветер приносил со стороны построек, несколько портили эту сельскую идиллию.

«Что за долбаный бред, – подумал Макс.