Дракон в стогу сена

Я же недобрым голодным взглядом осматриваю помещение.

– Что же ты не пьешь, не кушаешь, внучек? – слышу я перевод. И вновь чудится мне, что старушку факт моего гастрономического воздержания озадачивает больше, чем должен бы.

– Пью, пью, – вру я радостно и делаю вид, что из чашки отхлебываю.

Смысл беседы изувэров с гостеприимной бабкой тоже вполне ожидаем: кто такие, откуда? куда путь держите? а вы как тут – совсем одна? не страшно – не скучно? да вот – путешественники, изучаем красоты-диковины; да я не одна – зверюшки-пташки мне друзья… В таком ключе, примерно.

– Бабуля Ягуля, – пытаюсь я создать доверительную атмосферу, – а не подскажешь ли, где у вас тут Горыныч Змей обитается? Очень мы взглянуть на него хотим.

– Ох, внучек, – качает головой старушенция, – взглянуть бы тебе не удалось. Он бы враз тебя изжарил. Да только, – продолжает она печально, – нет больше нашего Змея Горыныча. То ли уснул на века, то ли вовсе сгинул. Я уж его пять зим не видала.

– А что, – спрашивает Димон, – может, вы другого какого-то знаете Змея Горыныча? Пусть и подалеку отсюда.

Мы слетаем, нам не впервой. Мы с ним селфи хотели сделать.

– Ох, внучек, это он ее с вами сделал бы, – отвечает бабка, откусив пирога, – точно тебе говорю. Но других я не знаю, – продолжает она, рассудительно жуя, – к вашему счастью. К нашему то есть, – улыбается она, показав большие и острые зубы. Вот что называется обезоруживающей улыбкой. Увидев такие зубы, и оружие бросишь, и руки вверх вскинешь.

На всякий случай кидаю взгляд на наши котомки.

Они свалены в сторонке на лавочке – не сразу и достанешь-то бластеры. Хорошо еще, что я саблю не отвязал, когда за стол садился. А вот Реджи свой меч к косяку прислонил.

– Вхолостую, – тихо говорит нам Димон. – Может, хоть с лебедями повезет.

Возвращаюсь к осмотру. Всего в избе одна комната. Слева от входа, в закутке – печь и рукомойник, справа – кровать. Прямо напротив двери – стол, за которым сидим. На кровати – покрывало какой-то мутной расцветки, на печи – сковороды да жаровни.

Пищит таймер. Прошло четырнадцать минут. Пора готовиться к прыжку в новую побочку. Окидываю взглядом изувэров – они выглядят сытыми, довольными и осовелыми.

«Нажрались, вот и в сон тянет», – думаю я с плохо скрываемой нежностью и зубами скриплю. Достаю пищулку, показываю ее товарищам, дабы внимание привлечь, и даю гудок. Реальность расчетверяется. Бабка во всех четырех слоях замирает и злобно таращится на меня. Законная реакция.