Изумрудный плен

– За преступления против римского народа, государства и императора, – Тигеллин отвёл глаза, делая вид, что рассматривает окружающую обстановку, – вы приговорены к смертной казни.

Вся вина братьев состояла в том, что они обладали баснословным богатством. Поведение императора после получения дара Тиридата – зеленого камня в оправе – разительно изменилось. Оно стало экстравагантным и неразумным. Окончательно утратив чувство стыда и меры, он пустился во все тяжкие: начались нескончаемые пиры и оргии, произвол и насилие, разгул и игрища.

Подчинив ресурсы Империи своим собственным целям, Нерон опустошил казну, и теперь предложение Тигеллина конфисковать имущество братьев стало его манией.

– Но император, мы голосовали в сенате за этот закон и… – попытался возразить Прокул.

– Не вижу смысла в обсуждении, – перебил его Тигеллин, скорчив гримасу брезгливости. – Вам, знатным людям, предоставляется право избрать вид казни – удушение верёвкой или самоубийство под надзором. Идите!

Братья ушли.

Нерон подпёр голову кулаком:

– Скучно.

Тигеллин, налив вина в стеклянный кубок, подал его императору:

– Промочите горло. После вчерашней оргии, наверное, безумно болит голова.

– Да, спасибо, – мысли императора бродили далеко. – Я испытываю постоянную нехватку денег. Опять остановились работы по возведению самого большого храма в честь Юпитера.

Строительство этого храма в горах начал ещё Октавиан Август, когда оракул, погрузившись в священный экстаз, предсказал ему от имени бога: «Бессмертие обретёшь, когда на этом месте храм возведёшь».

Ни Август, ни императоры, правившие после него, так и не смогли достроить храмовый комплекс, угодный богам. И вот Нерон, чтобы гарантировать себе бессмертие, рьяно взялся за достройку самого величественного храма на земле, но… закончились деньги.

Выпив вина, он задался вопросом:

– Где же ещё взять денег?

Как опытный искуситель Тигеллин зашёл издалека:

– Уже неделю как прибыл в Рим армянский царь.

Царь Армении с огромной свитой наконец-то добрался до Рима.

Путь из Арташата в столицу Империи занял два года. За время путешествия он навестил свою мать и братьев – царей Атропатены и Парфии, царя Адиабены Монобаза, родственников жены, Храм огня и новые центры торговли вблизи Вавилона. И везде устраивались грандиозные пиры, пышные празднества и увлекательная охота на тигров и львов.

Тигеллин доложил:

– Склонить варвара к миру – это, несомненно, ваша заслуга, император.