Команда смертников

И все же утечка секретной информации, видимо, произошла. С нуля создать такое оружие невозможно.

– Значит, кроме Смелнока, выжил еще кто-то, непосредственно причастный к секретному проекту, – взглянув на генерала, заметил Серов.

– Получается, так. Вопрос: кто?

– Надеюсь, этот вопрос прорабатывается?

– Естественно. У нас точно не осталось участников проекта. Американцы же не спешат делать категорических заявлений. Да, скорее всего, мы и не услышим их от наших заокеанских коллег.

– В Аббоди погибло все население?

– По официальным данным, да!

– А по неофициальным?

– Этим вопросом сейчас занимаются полковник Трепанов и капитан Лерой!

– Не понял?! Трепанов и Хакер находятся в Африке?

– Да!

– Они что-нибудь накопали?

– Есть кое-что, заслуживающее внимания.

– Значит, Трепанову и Лерою удалось взять след неизвестных террористов-интеллектуалов?

– Об этом поговоришь с Трепановым.

– Где?

– Ну, не здесь же?

– Мне что, тоже в Африку лететь?

– Ты имеешь что-то против?

– Да, знаете, Дмитрий Сергеевич, я бы все же предпочел Афганистан, хоть и надоел он мне до чертиков.

Но все как-то ближе, роднее.

Генерал поднялся, прошел за рабочий стол и по телефону вызвал своего водителя прапорщика Семко:

– Паша? Подними в кабинет мой кейс. – Отключив трубку, снова повернулся к Седову: – Афганистан, он, конечно, ближе, но лететь придется в Африку. Более того, на самый юг, в ЮАР.

– Под прикрытием работника дипломатического ведомства?

– Нет.

Сотрудники Министерства иностранных дел находятся под пристальным вниманием спецслужб, ты полетишь под видом независимого журналиста.

– А Трепанов и Лерой с какой легендой находятся в Африке?

– Они – члены миссии международного Красного Креста.

В кабинет вошел прапорщик Семко и передал генералу кейс. Отпустив водителя-телохранителя, Белоногов достал из «дипломата» кучу документов:

– Так, вот это паспорт на твое имя. Удостоверение журналиста-международника. Международные права, билет до Дурбана, это центр провинции Квазулу-Наталь, заказан на завтра.

Вылет из Домодедова в 18.00 по московскому времени.

– И сколько же мне лететь?

– В Дурбан ты прилетишь по расписанию во вторник, 12-го числа, в 14.15.

– Это получается, вылетаю в 18.00 понедельника, а прилетаю в 14.15 вторника? Двадцать два с лишним часа полета? Да за это время в самолете с ума сойдешь!

– Успокойся, рейс не прямой. Сначала полетишь в Египет, в Каир.