«Мы наш, мы новый…»

Они поженились, когда ей было 15, а ему 17. За эти пять лет, у них родилось двое прекрасных девочек. Что вынуждало прерываться его Марии в зарабатывании денег.

А если, отели будут под боком…, мечтательно закатил глаза Хорхе, то и он без её внимания на долго не будет оставаться. А то, приходиться ему тратить свои трудовые песо и уже рубли на местных тридцатилетних «старух». Они уже в Гаване никому не нужны, а тут пользуются отлучками жён и зарабатывают «свежую копейку» не выходя из собственного дома.

Конечно, это сущие гроши, по сравнению со Столицей их Острова Свободы, и как добавляют их русские товарищи слово – «нравов». Поясняя, что Куба первой указала всем в Коммунистическом-социалистическом Мире правильный путь, в отношении секса.

Хорхе, правда говоря, ничего из их пояснений не понимал, но именно с таким чувством собственного достоинства и воспринимал их Остров Свободы.

Это, эти грязные собаки, «гринго», называли их Кубу, «непотопляемым борделем Америки», а пришли Команданте Фидель и пламенный Че, и Освободили их Остров.

– Раньше, при этом вонючем, навозном жуке, диктаторе Батиста, с их женщин брали дань, все кому не лень. От уличных гангстеров и полицейских, до общинных старост, обзывая это налогом. Сейчас ввели единый, посильный налог, и бесплатный еженедельный осмотр у врача. Выдают бесплатно презервативы и если что, то лечение тоже бесплатно.

Настоящий коммунизм!, радовался, наступившей жизни, Хорхе.

– А, русский все выучат, дали время на это. Его жена и дети его уже хорошо знают, особенно этот матерный диалект. Ну и классический, как назвал его тот русский, нужно будет у них подтянуть, благо только говорить начинают. А жена, тоже довольна, говорит, что её знание русского очень в её работе помогает. Клиенты в очередь к ней выстраиваются. Пришлось ей отдельную комнату снять.

А то, её двоюродная сестра Эстэр, начала ей завидовать и скандалить. А, как умеют ругаться кубинки…, это нужно самому видеть, это не описать, но лучше пусть это будет не с тобой, тут Хохе аж поёжился от пробравшего его озноба.

Вспомнил, как в прошлый приезд «на побывку» его Марии, кто-то ей растрепал, что её Хорхе видели у этой «дырявой лохани», Хуаниты. Что, тогда было! Досталось и той и ему, Хорхе.