Посланник МИД. Книга третья

Мне один европейский дипломат рассказывал, что во время революции, которая вспыхнула в Германии после проигранной войны, он жил в Берлине, в отеле «Националь».

Этот отель этот выходил окнами в Тиргартен – большой парк-лес в центре города, вроде парижского Булонского леса.

И тогда он лично наблюдал из окон своего номера, как кайзеровские войска, выстроенные посреди аллеи, начали стрелять по демонстрации…

Демонстранты испугались и побежали.

Они оказались перед большим газоном травы, за которыми был лес, где они могли спрятаться от огня.

Но немцы бежали строго по… дорожкам аллеи, потому что на газонах стояли надписи: «Verboten!» – Запрещено!

Припоминаю и другой случай… уже со мною…

Как?то раз… уже работая в «бюро Риббентропа, я как обычно… приехал туда аккуратно в 8 часов утра.

И каждый раз … как и до этого в течении года… я там показывал свой пропуск в контрольной будке одному и тому же сторожу, который, естественно, знал меня в лицо.

И вот… в тот раз я забыл свой пропуск в кармане другого пиджака и приехал без него.

И сторож не пустил меня!

Потому что в конторе висело объявление: «Без пропусков вход запрещён».

Опять «Verboten!».

А меня ждали в Бюро… Напрасно я пытался объяснить сторожу, что задержка будет иметь пагубные последствия. Он был непреклонен. Прошёл целый час, пока посылали другого дежурного за новым пропуском.

Вот какова сила преклонения немцев перед порядком и законом!

Столица Германии – Берлин.

Как и все немецкие города. В их архитектуре есть общая… какая?то ужасно застывшая угрюмая одинаковость.

Дома – как фибровые коричневые чемоданы.

Вывески всех магазинов написаны одними и теми же готическими буквами, витрины похожи одна на другую, как пара кайзеровских начищенных сапог или блестящих моноклей…

Вот хотя бы взять любую улицу в Берлине, на которой ты живёшь, допустим, два-три года.

И тебе обязательно покажется, что это улица твоя!

Кроме Курфюрстендама, в Берлине все улицы похожи между собою. Да и памятники тоже. В немецком искусстве нет возвышенной эстетики и самое главное – нет полёта фантазии. Все представления немцев о красоте тесно связаны с армией, удобствами и пользой.