Посланник МИД. Книга третья

Я был свидетелем гнусности… Мне в лицо хохотали… смеялись, как они выражались: «над этими «отсталыми» советскими взглядами.

Бросая чванливо мне: «Сами там жрут одну воблу, а ещё нас учат!» – «Ха-ха-ха! Это мы?то гнилые?.. Как вам нравится?» «Мы – европейцы, парижане, соль мира!», – кричали они.

Александр Вертинский, схватив меня крепко за руку, решительно увёл меня тогда из того паганого общества, по дороге извиняясь и скороговоркой поясняя:

– Всё это дно русской эмиграции, Серж! Они ещё сберегли в себе что-то.

Тянутся из последнего. Покупают на распродажах шикарные платья жёнам, обзаводятся смокингами, засовывают гвоздички в петлички. О родине тоскуют, но как?то «платонически». Вспоминают берёзки… Белые ночи… Былой блеск, богатство… Кто что… Говорят нескончаемо, но… точно о покойнике. – Было, мол, и умерло!, – добавил он тогда в конце с сожалением. А я был ему благодарен, что не наделал глупостей в итоге этой явной белогвардейской провокации.

Правда во Франции в эмигрантской прессе пишется о России – СССР много.

Газеты «Последние новости» и «Возрождение» ежедневно закатывают всякие бредни-сенсации о расстрелах, голоде, бунтах в армии и прочем. Тьфу на них!..

И вот… снова окунувшись в этот парижский сладковатый угар и узнав последние новости и сплетни, я решил встретиться с некоторыми людьми…

Первым в моём списке был некто Эдуар Эррио.

Мне его рекомендовал, как друга Советского Союза, здешний полпред товарищ Потёмкин, напутствовав словами:

– Товарищ Козырев… я не знаю Ваших способностей… но… как говорится… и за соломинку схватишься… Договор под угрозой…

Только здесь я узнал от него, что Договор о взаимной помощи между Союзом Советских Социалистических Республик и Французской Республикой близок к подписанию…

Хотя я что-то такое подозревал ещё в Берлине.

Там это вызывало нервозность.

Все попытки Гитлера этому помешать провалились. Даже убийство в прошлом году министра иностранных дел Франции Барту не привело охлаждению отношений с СССР… напротив… Приемник Барту, – Лаваль клятвенно пообещал продолжить курс на сближение с СССР.

Правда сразу стали возникать различные мелкие трения, которые в итоги завели всё в тупик. Да в такой, что Литвинов уехал в Москву «на консультации» буквально перед моим приездом.

– Ну что же… Не впервой мне спасать ситуацию…, – решил я про себя и поехал на встречу с Эррио.