Посланник МИД

А позже он с ленцой и превосходством пояснил, что это самый передовой на сегодня театральный режиссёр.

Этот метод работал и даже я овладел им и умел перевоплощаться и даже пускать слезу, когда нужно. Всего делов-то…вспомнить самый печальный момент своей жизни и не сдерживать себя… А их у меня, да и всех тут присутствующих было предостаточно. Вот с радостными было сложнее…Но время такое было.

А ещё через неделю состоялась премьера пьесы «Богач – бедняк», которая была и генеральной репетицией.

На неё мы позвали всех своих одноклассников со школы. Так что народу набилось много. Тем более, что пришли и учителя, которых позвал наш Палсэм, как его мы меж собою называли уважительно. А его замшу звали то Адша, то просто «селёдка», ха-ха.

Говорить наверное и не стоит, что был полный успех. И в конце Интернационал пели аж три раза стоя, как и положено. И артистов с Колобком вызывали «на бис» несколько раз, а потом принялись Колобка подбрасывать на руках.

А затем и меня, вспомнив, кому пришла эта идея с театром.

А на другой день ко мне в школе подошла Катя и сказала, что папа её хотел бы со мною встретится. Я конечно удивился, но согласился и мы сразу после уроков отправились к нему на завод. Оказывается Катя ему вчера вечером всё рассказала про наш театр, вернее про успех. О театре она и раньше ему говорила, и даже через него мы достали кое какой реквизит для сцены в цеху завода, а в столярке завода, из разных отходов нам наделали ружей для штурма зимнего.

Спецэффектами, как называл Колобок сценические взрывы с дымом, мы сами занимались. Для пацана того времени найти пистолетный патрон и вытрясти из него порох, и вытащить капсюль было плёвым делом. А сделать дымовуху и шумиху вообще… как два пальца об…забор, ха-ха.

Пётр Петрович, как звали папу Кати, принял нас сразу и не ходя вокруг да около, сходу предложил поставить наш спектакль у них на заводе в клубе.

Там есть зал на пятьсот мест.

Я конечно чего то такого ожидал и не стал делать вид, что удивился.

– Пётр Петрович, мы конечно для Вас и ваших рабочих, как наших шефов, с удовольствием сыграем … и не раз…, – на слове «шефов» я сознательно сделал ударение и продолжил, – но…нам нужна ваша помощь…, – закончил я многозначительно.