Исповедь влюблённого мужчины

Комендант был, скорее всего, из приезжих, занимал служебную площадь при небольшой зарплате.

Следующая по правую руку была самая просторная комната в общежитии – здесь жили мужчины. Во всех остальных комнатах по два-три человека разместились девушки. Так что общежитие по праву можно было назвать женским. Но оно никак не называлось – просто общежитие больницы имени Свердлова. В мужской комнате самым старшим по возрасту был Женя, блокадник, в 1942 эвакуирован из блокадного Ленинграда. Родители погибли, дом, где жила семья, разбомбили, вырос в детдоме и, когда, достигнув восемнадцатилетнего возраста, вернулся в родной город, скитался по общежитиям, с обидой рассказывал, что жилплощадь предоставить никто не собирается, хотя он имеет все необходимые документы, подтверждающие его право на выделение ему жилья хотя бы в коммунальной квартире.

Женя числился грузчиком, разъезжал по не очень обширной территории больницы на грузовом мотороллере, доставлял из прачечной бельё по отделениям, продукты на кухню. Зарплата у него была где-то рублей 60 в месяц. Но при этом на кухне кормили бесплатно. Георгий застал в комнате ещё двух жильцов: два юноши-подростка – один числился электриком и, поскольку не имел специальной подготовки, под руководством квалифицированного профессионала заменял перегоревшие лампочки и что-то делал в электрических щитах, когда на отделениях вдруг отключалась электроэнергия, другой работал санитаром в приёмном отделении. Оба были допризывниками – ещё не проходили службу в армии. Вот в такой компании и в таком общежитии предстояло жить вновь прибывшему.

Прошло дня три, когда на кухне, поставив чайник на конфорку, Георгий непринужденно разговаривал с находящимися там девушками. Обменивались ничего не значащими фразами, отвечал на вопросы, которые возникают при первом знакомстве. На кухню вошла ещё одна девушка, поздоровалась, поставила кипятить чайник, прислушалась к разговору.

– Как вас зовут? – обратилась она на «Вы».

– Георгий.

– Комсомолец?

– Да.

– Людмила. Секретарь комитета комсомола, – представилась девушка. И продолжала:

Что же это вы, молодой человек, поступили на работу, приступили к работе и до сих пор не стали на комсомольский учёт?

Георгий стушевался, почувствовал себя немножко виноватым и начал невразумительно и сбивчиво оправдываться. Хотя, между нами говоря, оправдываться было не в чем и незачем. Он и так сделал бы это в ближайшее время, без напоминаний.