Лис. Белки в колесе

То есть мы. Потому как город впереди и есть Рим. Единственный в этом мире город, стоящий на двух берегах реки. Город, с которого началась новая эра. А что у нас сзади? Там есть небольшой город. Называется Зик. Он расположен в четырёх неделях пути и стоит у подножия Горы.

Мой собеседник понемногу оживал. И в глазах появилось что-то такое. Не то, чтобы хитринка, но какая-то скользкость. Как же, как же, я ведь обещал его отпустить. А выкручивается парень, как уж на сковородке. Он, видите ли, предположил, что мы «люди из-за облаков».

Это так называют легендарных обитателей Горы. И напал от растерянности. Не знал, бедняжка, как себя вести с редкими гостями. Теперь знает. Ну, вот нутром чую, побежит прямиком к начальству и заложит.

И убивать как-то обломно. А время-то идёт. Девочки уже мнутся, прошло часа четыре, а то и пять. У парня вон язык отваливается, только на ожидании чуда и держится. А у меня уши опухли, и мозг скоро взорвётся. Так что хватит. На этом приём информации прекращаем.

Я встал. Вот блин, ноги отсидел. Несколько минут я, не совсем молча, разминал нижние конечности под хихиканье Джейн. Лея хотя бы старалась вести себя прилично.

У Ги сидел. Во взгляде к скользкости прибавилась тревога. Ага, боишься! А, ладно, не боись. Убивать не буду. Так, чуток чёрным шаром шарахну, незаметно. Я, даже, позволил этому шлемазлу забрать своё оружие. Нам оно без надобности, а ему может и пригодится. А когда он, счастливый и уверенный, что обманул дурака, повернулся, чтобы идти, щёлкнул пальцами….

– Приказывай.

Вот чёрт, про это дурацкое «приветствие» я забыл. Девочки смотрели на меня ТАКИМИ глазами! Аж жалко стало. Но и отпускать «этого» тоже было нельзя.

– Ты пойдёшь в Зик. Там расскажешь, что на вас напали две «руки» бандитов. Вы отбились, но ты остался один. Своих воинов ты захоронил. Никаких других встреч не было. Во время боя тебя ударили по голове, и теперь ты помнишь не всё. В том числе, почему ты пришёл в Зик, а не вернулся в Рим.

Иди.

И У Ги ушёл. А я остался на растерзание.

Девушки молчали. Молчали, пока я раздевал и убирал трупы. Когда совал в свою сумку пару трофейных мечей. Молчали, когда я сказал им одеть одежду убитых и их шлемы. Молчали, натягивая на себя эту рвань. И это было обидно. Я что, виноват, что моя магия при мне? Некоторое время спустя наша троица могла уже показаться на глаза местным жителям, не вызывая нездоровый ажиотаж.