Синий тарантул

Сослуживцы объясняли это желанием уберечь тайны атомной металлургии, проходившие через его память, а также личной трагедией. Однако острый ум, сдержанность, молчаливость и быстрота, с которой Чернов овладевал самыми сложными разделами статистики, двигали его вперед. Уже через два года его работы в Главуране Пургин считал его одним из трех своих возможных заместителей.

Жил Чернов одиноко, редко выходил из дому, завтракал и ужинал у своей дальней родственницы – пожилой женщины, жившей в одном с ним доме. Вечерами Чернов обычно сидел на балконе в удобном бамбуковом кресле.

По привычке тренируя свою память, он шепотом перебирал цифры, имена людей, все виденное, слышанное и замеченное им за день.

– Пургин, Аркадий Аркадьевич, – вполголоса говорил он, – среднего роста, признаки начинающейся астмы, глаза серо-голубые, брови короткие, нос прямой.

– Дневная добыча тория на Сухановском комбинате 112 граммов, – бежали с его губ цифры, в то время как рука поглаживала редкие светлые волосы. – В последний месяц добыча возросла на 19 процентов, что равно сильно увеличению мощности комбината на один катализирующий агрегат.

– Вагин все чаще работает с бериллием. Металлического бериллия в этом году добыто на фабрике имени Молотова, – тут Чернов делал паузу и начинал складывать в уме: – за январь 3 килограмма 290, февраль 4,371, итого 7,660. Март – 3,900, апрель – 3,200. Итого за 4 месяца… 14 килограммов 780.

Чувствовал Чернов себя в эти минуты легко и спокойно. Он и не подозревал, что с вечера 15 июля за ним стали наблюдать люди генерала Долгова.

Этому дали повод особенности его характера и поведения.

15. Кандидат наук

10 июня, за месяц до проникновения врага в сейф Главурана, Нежин сидел в ресторане «Дарьял». Его столик находился почти около оркестра. Первая скрипка играла в этот вечер особенно вдохновенно, и Нежин, сам скрипач-любитель, слушал музыку, забыв о вине.

– Простите, пожалуйста, – раздался над ним приятный, вкрадчивый голос, и, чуть вздрогнув от неожиданности, Нежин увидел представительного мужчину в хорошо сшитом сером костюме.

Интеллигентное лицо незнакомца покрывал легкий загар. В зачесанных назад редких волосах блестела седина.

– Все столики заняты… – объяснил подошедший. – Позвольте сесть к вам.

Он стоял в скромной выжидательной позе, готовый при отказе тотчас же удалиться.

– Пожалуйста, пожалуйста, – охотно согласился Нежин, которого сразу привлекли мягкость и простота незнакомца.