Лик Сатаны

Вспоминать о нем не хотелось вовсе. Осенив себя крестом, он вошел в часовню. Остановился перед иконой Божией Матери Всех Скорбящих Радость и, шепча молитву: «О, Пресвятая и Премилостивая Владычице Богородице! Припадая ко святей иконе Твоей, смиренно молимся Тебе…», убрал огарки свечей, зажег новые.

Тусклое пламя трепетало от сквозняка, проникавшего в щели между камнями. Двадцать лет назад отец Павел сложил эту часовню в память павших на перевале русских солдат – его боевых товарищей.

Первая мировая война.

Тяжелая зима 1915 года… Русские войска вынуждены были оставить Галицию под ударами немцев и австро-венгров. Не было снарядов к орудиям, не хватало патронов. Лошади пали, одни – от вражеских пуль, другие – от бескормицы, и артиллеристы тащили горные пушки на себе. Изо дня в день шли кровавые бои, изо дня в день – изнуряющие многомильные переходы, бесконечная усталость, голод, короткий тревожный сон на камнях. То страшные бури – шарги, которые сбивали с ног живых и засыпали снегом мертвых русских солдат, то сутки напролет дожди со снегом… То редкая надежда, то беспросветная тоска…

Тяжелые встречные бои на горных перевалах затянулись на два месяца.

Но русская армия под командованием генерала Брусилова подтянула резервы и провела успешное наступление на Восточном фронте. Австрийские войска понесли тяжелые потери и оставили значительную часть Галиции, Волыни и Буковины.

«…Чужой уют… Увы, не в первый раз

Влезаем мы в покинутые гнезда…

Кто у окна, не осушая глаз,

В последний час сквозь сад смотрел на звезды?

Кто вырос здесь, в узорном городке,

Под сенью лип и старого костела?.

.

Фонарь дрожит в протянутой руке,

Нырнула мышь у шкафа в щелку пола…»

Отец Павел не знал, кому принадлежали эти стихи. Но их читал Вадим, там, в Черновицах, за неделю до того, как русские войска покинули этот город, и за месяц до взятия Перемышля. И всякий раз, всплывая в памяти, они причиняли тягучую боль, терзали душу, как поврежденная в давнем бою нога.

…Штабс-капитан, разрыв до дна чулан,

Вернулся с книжкой и смеется: «Чехов!»

Спирт – на столе. Кряхтит старик-диван.

Закуска? Хлеб и горсти две орехов…

А завтра вновь отхлынем мы назад,

И может быть, от этого уюта

Останется обугленный фасад, –

И даже мышь не сыщет здесь приюта…»[7 - Стихи Саши Черного.]

Буковина и ее жемчужина – Черновицы… Город, который называли «маленькой Веной». Город художников и поэтов, романтиков и музыкантов.