Корейский излом. В крутом пике

Иван понял, что с этими спорить бесполезно, но не торопился отвечать – может быть, подробнее объяснят причину неожиданного визита. Или ареста?

Они сцепились с майором взглядами. Майор молчал, не считая нужным что-либо добавить. Так его учили.

– Я могу одеться? – наконец выдавил из себя Кожедуб.

– Конечно.

Они проследовали в дом вслед за хозяином.

Иван быстро натянул полковничий мундир, немного подумал и прицепил три звезды героя.

«Если всерьез начнут крутить, то это вряд ли поможет – тогда пускай срывают вместе с погонами, если рука поднимется».

В машине, стиснутый с двух сторон сотрудниками МГБ, он пытался понять, за что его арестовали. А что арестовали – не было никаких сомнений. Если бы по службе, то приехали бы свои, а не эти. Он судорожно перебирал в памяти возможные прегрешения перед советской властью и не находил ответа. «Анекдот, что ли, где по пьянке рассказал? Но сейчас не те времена… Или кто по злобе ложный донос сделал?»

Его соседи по машине сохраняли молчание, покачивая в такт движению каменными лицами.

В мозгу Кожедуба неожиданно сложилась картинка, как будто вырезанная из длинной киноленты. Эпизод с участием командующего ВВС генерала Рычагова и Иосифа Сталина. Так ему рассказывали, так ему рисовалось…

Сталин по своей всегдашней привычке курил трубку и ходил вдоль стола. На совещании присутствовали офицеры Генерального штаба и авиаконструкторы. Обсуждались причины частых аварий советских самолетов. Высказывались по очереди, приводя различные доводы и резоны.

Сталин молча курил. Потом выбил трубку в мраморную пепельницу и спросил.

– А что по этому поводу думает товарищ Рычагов?

Встал моложавый генерал и с мальчишеским задором заявил:

– Аварийность будет большая, потому что вы заставляете нас летать на гробах! А гробами так же, как шапками серьезного противника не закидаешь. Нужно срочно внедрять новые модели, а не рассчитывать на количественный перевес.

Публика напряглась в ожидании реакции вождя. Заявление выглядело воистину шокирующим.

Сталин, непрерывно меряющий шагами пространство кабинета, внезапно остановился и поднял глаза на Рычагова. Ничего не дрогнуло на его лице, но волчьи глаза налились яростью.

– А товарищ Рычагов может нам предложить другие самолеты? Или предложите вообще не летать, а обойтись одной пехотой? Для будущей войны это неприемлемо.

– Они могут. – Рычагов указал на авиаконструкторов.

– Для этого мы и собрались. И не надо наводить панику.