Ярость валькирии

Теперь единственная опора в жизни!

– Симпатичный паренек! Интеллигентный! – похвалила Вера и, чтобы не сбиться с курса, уточнила: – Ваши недруги… Я правильно поняла, вы салон Беликова имели в виду?

– Они меня травят, Верочка, понимаете? Травят самым натуральным образом! Хотят выжить из бизнеса! – Мария судорожно перевела дыхание. – Знаете, что они сделали накануне Нового года?

Если Вера и знала, то виду не подала, и громко ахала, когда Мария рассказывала о сугробе на проезжей части, о сорванной акции и о миллионных убытках.

Распаляясь все сильнее и сильнее, Сотникова пошла пятнами и уже почти кричала от негодования.

– Эта дрянь хотела бы пустить меня по миру! Но не на ту напала!

Она с размаху опустила кулак на столешницу.

Широкий золотой браслет с крупными сапфирами соскользнул с руки на красивое блюдо под графином. Оно разлетелось вдребезги, но графин не пострадал. Сотникова на мгновение застыла, уставившись на осколки. И тут сильный спазм перехватил ее горло. Она снова закашлялась, налила себе воды из графина и принялась пить большими глотками.

Гортань некрасиво дергалась, руки дрожали, вода расплескалась на платье.

Вера наблюдала за ней с приоткрытым ртом, словно гриф в ожидании, когда жертва испустит дух, и точно так же поворачивала голову, чтобы не выпустить Марию из виду.

Сотникова с раздражением смахнула воду носовым платком, затем схватила со стола браслет и с трудом застегнула его на запястье.

– Черт! – сказала она скорее себе, чем кому-либо.

 – Застежка совсем ослабла, а поменять времени нет! – и обратила свой взор на Веру. – Сам Беликов, во всяком случае, раньше играл честно. А Быстрова – барракуда, вцепилась, не отбиться. Вы ведь знакомы с ней, Верочка?

Вера пожала плечами. Знакомы ли они? Ну кто бы сомневался!

Когда ты трудишься в одной отрасли, бываешь на пресс-конференциях, брифингах и на всякого рода официальных мероприятиях, трудно не пересекаться с корреспондентами, редакторами местных изданий, даже с фрилансерами и известными блогерами.

Все они вкалывают на общей информационной пашне, кочуют из редакции в редакцию, выдают в эфир или в газете одни и те же новости, комментируют одни и те же события. Быстрова не была исключением. Она долго работала в городской вечерке, затем перешла в рекламный еженедельник. Позже известный в городе богатей Бортников пригласил ее в глянцевый журнал. Когда тот загнулся, пошли слухи, что муж запретил Быстровой заниматься журналистикой.