Корректировщик. Остановить прорыв!

Вторые номера ловко меняли коробки с лентами, первые уверенно заряжали и наводили установки на цель. Плохо, что пострелять нельзя. Хорошо, что патронов в избытке. Общее количество на установку – 30 000 штук в лентах. Плюс дополнительно в цинках ещё по 10 000.

Я вспомнил о ещё двух спецах по «Максимам» и приказал отправить их обоих в ДОТ слева от нас. И ещё отделение бойцов в ДОТ справа, с приказом принести несколько ящиков патронов. Для стрелков и пулемётчиков с ДП-27. Как я понял, справа у нас хоть какие-то соседи имеются, а вот слева голяк.

Там лишние люди не помешают. Сам отправился в отсек с рацией. Он, кроме того, является и командным, там ведь и перископ смонтирован. Надо потренироваться в его использовании.

Подводы с продовольствием пришли вовремя. Командир отряда, спасибо ему огромное, ещё и полевую кухню к одной из них прицепил, причём уже заправленную. Так что бойцы сейчас получают горячую еду. А я сообразил наконец, что теперь у меня есть небольшой резерв.

Те почти два отделения, что ходили на разведку. И сразу после приёма пищи нашёл им занятие.

Пока остальные копали или осваивали свои боевые посты, эти, можно сказать, гуляли. Шучу, конечно, но как ни крути, а работали они меньше. Вот я их и озадачил. В тылу, на обратном скате АППК вырыть и укрепить блиндаж для кухни. Авось хоть денёк, но продержится под огнём. Бойцы важность поставленной задачи уяснили, особенно после горячей каши с мясом. Так что работали быстро и чётко. А всех остальных, выставив посты и наблюдателей, отправил спать.

Времени час ночи, а утром нам будет весело, это как пить дать.

Снился Мишка. Точнее, наш с ним последний разговор. Он тогда выдал мне свою теорию нашего происхождения:

– Ты понимаешь, Кит, какое дело. Я ведь часто об этом думал, как и все мы. О том, откуда мы взялись. И почему у нас были такие странные сны. Но я ведь ещё и историк. И вот недавно я заметил одну вещь. Судя по всему, в 1940 году что-то произошло.

Понимаешь, до этого страна развивалась в одном направлении – и вдруг резкий поворот. Как будто пришли новые люди и стали всё делать по-другому.

Но в том-то и дело, что в руководстве люди остались прежние. Изменения были, но постепенные. А вот политика и внутри, и внешняя, стала меняться резко. И техника вперёд прыгнула, и наука. А по геологии, помнишь, учили – за полтора года больше открытых месторождений, чем за все прошедшие после революции годы.